Восемь тысяч. Он даже не поинтересовался моим мнением — просто взял и оплатил.
— А моя сумка — не инвестиция? — спросила я, чувствуя, как предательски дрожит голос.
— Твоя сумка — это прихоть, — он захлопнул ноутбук. — Леся, мы ведь обсуждали. Ты склонна к импульсивным тратам, тебе нужен контроль. Я просто помогаю тебе не выбрасывать деньги на глупости.
Глупости. Моя сумка — глупость. Его кроссовки — вложение в здоровье.
В итоге сумку я так и не купила. Ещё восемь месяцев проходила со старой, пока у неё окончательно не оторвалась ручка.
Через неделю позвонила подруга — выходит замуж. Решили скинуться на подарок по пять тысяч.
— Тебе срочно нужны пять тысяч? — переспросил Ярослав так, будто не понял. — На что именно?
— Подруга замуж выходит. Собираем на общий подарок, — объяснила я.
— Пять тысяч — это перебор, — он покачал головой. — Скажи, что у нас сейчас сложный период с деньгами.
Сложный период. При том что на общем вкладе лежало сто восемьдесят тысяч — наша подушка безопасности, которую мы формировали вместе.
— Ярослав, это моя самая близкая подруга, — сказала я твёрдо. — Я не могу прийти к ней с пустыми руками.
— Возьми что-нибудь за тысячу, — предложил он. — Чисто символически. Она поймёт.
Символически. Человеку, с которым мы дружим со школы. Которая поддержала меня, когда умерла мама. Которая была рядом в самые тяжёлые дни.
— Я хочу сделать нормальный подарок, — повторила я уже жёстче.
— Тогда урежь что-то другое, — равнодушно пожал он плечами. — Пропусти в этом месяце маникюр. Или заморозь йогу. Вот тебе и нужная сумма.
Маникюр обходился в тысячу двести. Йога — три тысячи ежемесячно. Единственные мелочи, которые я позволила себе после долгих разговоров о том, что «о себе тоже нужно заботиться».
— Нет, — произнесла я.
Он поднял взгляд.
— В смысле?
— Я не буду отказываться. Я внесу пять тысяч на подарок. И оставлю себе и маникюр, и йогу.
— Из каких средств? — прищурился он.
— Из своих, — я поднялась. — Из тех сорока восьми тысяч, которые каждый месяц отдаю в общий бюджет.
Я ушла на кухню. Руки мелко дрожали. Я сказала «нет». Впервые.
Ярослав целую неделю держался холодно. Отвечал коротко, без эмоций. Но деньги на подарок я перевела. На маникюр сходила. На йогу тоже. Он молчал. А я выдержала.
Это была моя первая маленькая победа.
В тот день я вымоталась особенно сильно. Восемь часов на ногах, три совещания, задержка до девяти вечера. В метро я думала только об одном — заказать пиццу. Просто лечь на диван и съесть её. Без готовки и посуды. Просто заказать.
Пицца стоила семьсот гривен.
Я написала Ярославу: «Закажу пиццу, очень устала».
Ответ пришёл почти сразу: «В холодильнике курица и овощи. Сделай что-нибудь полезное».
Я смотрела на экран телефона, чувствуя, как усталость буквально трясёт руки. Курица — разморозить, разделать, нарезать, обжарить. Овощи — вымыть, порезать, потушить. Минимум сорок минут. После девятичасового рабочего дня.
«Я не в состоянии готовить. Очень устала», — написала я.
«Леся, семьсот гривен за пиццу — это деньги на ветер. Ты же понимаешь».
Да, я понимала. Понимала, что заработанные мной деньги как будто мне не принадлежат. Что даже семьсот гривен я не могу потратить, чтобы один раз не стоять у плиты.
И всё-таки я заказала пиццу. Написала: «Заказала. Буду через полчаса».
Когда я вошла в квартиру, Ярослав молча смотрел телевизор. Я достала коробку, устроилась на диване. Ела неспешно. Он не проронил ни слова.
— Вкусная, — сказала я. — Будешь кусочек?
— Нет, — коротко ответил он и ушёл в спальню.
Я доела одна. В комнате стояла тяжёлая тишина. Но пицца действительно была вкусной. И я не готовила. И не мыла посуду.
На следующий день он заказал себе суши — на две тысячи гривен. Не советуясь. Просто оформил заказ. Мы ничего не обсуждали. Просто ели каждый своё.
***
— Мне подняли зарплату, — сказала я, переступая порог квартиры.
Ярослав поднял глаза.
— Серьёзно? Молодец! Сколько теперь?
— Пятьдесят восемь тысяч, — я улыбнулась. — С первого числа.
Он подошёл и обнял меня.
— Отлично. Значит, быстрее накопим на ремонт.
Ремонт. Новая цель. После машины, после подушки безопасности — теперь ремонт.
— Ярослав, — я мягко высвободилась из его объятий. — Может, я хотя бы часть прибавки буду оставлять себе?
— Зачем? — искренне удивился он. — У нас ведь общий бюджет.
— Ну… на свои мелочи, — пожала я плечами. — Чтобы не согласовывать каждую трату.