Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
Я стояла у окна, перебирая в пальцах обручальное кольцо. Не на руке — в ладони. Прошёл год с тех пор, как я его сняла. И всё это время не могла решить, что с ним делать.
Выбросить — казалось бессмысленным. Продать — мелко и обидно. Оставить — больно.
За стеклом царила серая декабрьская суббота. Полдень. В съёмной однокомнатной квартире пахло свежесваренным кофе и одиночеством. На кухонном столе остывала единственная чашка. В сушилке — одна тарелка. Одна жизнь, которая когда-то была совсем другой.
Я снова спрятала кольцо в карман пальто — туда же, где оно лежало каждый день. Зачем продолжаю носить его с собой, не понимала даже сама. Привычка? Или боязнь окончательно отпустить то, что уже давно ушло.
На стене остался лишь гвоздь без рамки. Раньше там висела фотография: мы втроём — я, Данило и его мама, Ирина. Снимок я убрала ещё летом в ящик комода: смотреть на наши счастливые лица стало невозможно.
Я взглянула на часы — те самые с тонким кожаным ремешком, которые Ирина подарила мне на пятую годовщину свадьбы с Данилом. Единственная вещь из прошлого, которую я оставила себе… если не считать кольца в кармане.
Год прошёл в тишине: ни звонков, ни сообщений. Она сделала выбор в пользу сына — так правильно, так принято… так должно быть.
Но от этого не становилось легче.
На столе завибрировал телефон. Я не сразу посмотрела на экран — скорее всего работа: квартальный отчёт сам себя не сдаст даже по выходным.
Но это была не работа.
На дисплее высветилось имя из списка контактов — то самое, которое я так и не решилась удалить за весь этот год.
«Свекровь».
Сердце болезненно сжалось. Я смотрела на экран и колебалась: ответить или нет? Пять гудков… шесть… Палец застыл над кнопкой вызова.
И всё же я нажала:
— Алло?
Голос Ирины звучал спокойно и привычно… но что-то изменилось в интонации; появилась новая нотка, которую я сразу не смогла распознать.
— Светлана… Ты можешь приехать? Сегодня бы желательно… Мне нужно тебе кое-что передать.
Я замерла на секунду; мысли вихрем пронеслись в голове:
— Что именно?
— Приедешь — узнаешь сама. Не хочу говорить по телефону…
Мне хотелось задать ещё тысячу вопросов: почему сейчас? почему после стольких месяцев молчания? что произошло?.. Но слова застряли где-то внутри.
— Буду через час, — произнесла я наконец и завершила звонок.
Пальцы слегка дрожали от напряжения; я смотрела на телефон и пыталась осознать произошедшее: год молчания прервался одним звонком… «Мне нужно тебе кое-что отдать»…
Что она хочет вернуть? Мои вещи из их дома? Какие-то бумаги? Или это просто повод увидеться лицом к лицу?.. Может быть… она нездорова?.. Может быть… это прощание?..
От этой мысли внутри стало холодно и тревожно одновременно.
Я натянула пальто и проверила карман: кольцо было там же… Зачем беру его снова? Не знаю… Просто так… На всякий случай…
Адрес остался прежним: тот самый дом, куда за десять лет я приходила сотни раз; дом с запахом пирогов и старого дерева; дом, который ровно год назад захлопнул передо мной дверь…
***
Маршрутка тряслась на кочках; за окном мелькали знакомые улицы города… Я смотрела сквозь стекло на серые фасады домов и вспоминала…
Первую встречу с Ириной… Мне тогда было двадцать шесть лет, Данилу — двадцать восемь… Мы встречались уже полгода, когда он решил познакомить меня со своей матерью…
Я ужасно волновалась: представляла себе строгую женщину с холодным взглядом, которая будет изучающе разглядывать меня сверху вниз…
Но дверь открылась — и она сказала:
«Вы Светлана? Данило много о вас рассказывал! Заходи скорее – суп остывает».
И сразу перешла на «ты». Без пафоса или допросов – просто впустила меня как родную…
Я почувствовала себя принятой мгновенно…