Прошел месяц. В доме воцарилась тишина. Мария Ивановна больше не появлялась. Татьяна иногда мелькала в подъезде — быстро, сжатая губы, не здоровающаяся.
Однажды, когда Ольга вышла выбросить мусор, она заметила, как та разговаривает шёпотом у входа с какой-то женщиной. Соседка Нина, стоявшая неподалёку, усмехнулась:
— Теперь она прицепилась к Люде с четвёртого. У той муж на вахте, она добрая, одна с ребёнком. Ну, недолго им осталось. Они везде так. Пока всё не сожгут дотла.
Через неделю у Ольги и Игоря состоялся первый настоящий ужин за долгое время. Без посторонних, без чужих чашек на столе, без тонометра на подоконнике.
Они сидели в молчании, наслаждаясь покоем.
Вдруг раздался звонок в дверь.
На пороге стояла Татьяна. В ярком пальто, с улыбкой, словно ничего не случилось.
— Привет! У вас так уютно… — произнесла она и замялась. — Я маме скажу, пусть тоже подтянется.
И всё. Ни «извините», ни «можно», ни попытки спросить.
Ольга молчала.
«Ты что, мне дверь закрыла? Открой скорей!» — свекровь барабанила кулаком.
«Это мой дом, и я здесь хозяйка».
Бывший муж появился внезапно.
Последний разговор.
— Хорошо устроилась, — нагло произнёс муж, подвинув Елену, войдя в чужой дом.
— А почему вы меня за подарок не поблагодарили? — спросила свекровь у невестки.
Выселили из квартиры.
— Это новая невеста Андрея, — заявила свекровь Татьяне, выгоняя её из её же квартиры, — А ты здесь больше не живёшь. Уходи.
— Денис — мужчина, ему квартира нужнее, а ты поживёшь со мной, мне скоро потребуется уход, — сказала мать дочери, когда та выплатилa ипотеку.
Муж отправил сообщение жене, но оно предназначалось не ей.
Устала и ушла с детьми.
— У вас с моим сыном больше возможностей платить ипотеку за квартиру у Приморска для моей дочери, — заявила свекровь, — Он уже согласился.
Исчезнувшая жена.
— Если ты не хочешь идти мне навстречу, я могу перестать считать тебя сыном, — сказала мать, — Значит, пощады не будет.
— Не поделишься наследством по-хорошему, я устрою тебе весёлую жизнь, — угрожал брат.
Равнодушная свекровь.
— Ты без моего ведома подарил мою машину своей сестре? — кипела Лариса, глядя на мужа.