Дверь за нашими спинами слегка приоткрылась. Галина выглянула, на лице — раздражение.
— Александр, ты ещё долго? Уже холодно.
Брат поднялся, бросил взгляд сначала на неё, потом на меня.
— Подожди в машине, — произнёс он спокойно.
— Да ты что…
— Подожди в машине, Галина. Мне нужно кое-что обсудить.
Она фыркнула и ушла. Через минуту хлопнула дверца припаркованной у ворот иномарки — новенькой и блестящей.
— Она не поймёт, — сказал Александр. — Что я отказался от дома. Что вместо суда общаюсь с какими-то чужими людьми.
— А ты собираешься идти в суд?
Он покачал головой:
— Нет. Отец был прав. Я сделал свой выбор и теперь живу с его последствиями. Только… — Он замолчал ненадолго. — Можно я иногда буду заезжать? Просто так. На яблони взглянуть, пионы увидеть. Качели вспомнить…
Комок подступил к горлу вновь.
— Этот дом всегда был и твоим тоже, Александр. Просто теперь он перешёл к следующему поколению. Но двери здесь для тебя открыты всегда.
Он кивнул и шумно втянул носом воздух. Затем неожиданно обнял меня — быстро, немного неловко, но искренне крепко.
— Прости меня… За всё это время.
— Прощаю, — ответила я тихо. — И позвони мне после разговора с Богданом. Договорились?
— Договорились.
Я наблюдала за тем, как он направился к машине и сел за руль. Галина что-то говорила ему взволнованно, жестикулировала руками, но он не обращал внимания: просто завёл мотор и начал разворачиваться к воротам. У калитки притормозил и выглянул из окна:
— Лариса! Передай Даниле с Александрой… Скажи им: я приеду на майские! С подарками! И пусть знают: их дядя дурак… но старается стать лучше!
Я улыбнулась сквозь слёзы и помахала рукой вслед удаляющейся машине.
Когда она скрылась из виду, я осталась одна на крыльце родительского дома… вернее сказать — уже дома моих детей. Ветер трепал волосы; где-то каркали вернувшиеся грачи; воздух пах весной, талым снегом и чем-то новым… пока ещё неясным.
Телефон снова завибрировал: звонок от Данилы.
— Мам! Ну как там? — Голос взволнованный: ему всего пятнадцать лет, но уже старается быть взрослым и надёжным опорой для нас всех. — Что сказал дядя Александр?
— Он пообещал приехать на майские с подарками… И признался, что он идиот.
— Чего?! — рассмеялся Данила искренне удивлённым голосом. — Правда?
— Абсолютная правда! Послушай… соберитесь завтра с Александрой да приезжайте сюда пораньше: дел много предстоит сделать вместе… Дом привести в порядок надо бы… клумбы расчистить… качели подкрасить…
На том конце повисла пауза:
— Мам… А это точно? Ну вот совсем точно? Это теперь наш дом?
Я оглядела старые стены с резными наличниками; крышу со старым жестяным петухом наверху; яблоню во дворе – ту самую, которую мы когда-то вдвоём с братом посадили много лет назад…
Всё это было частью нас – прошлого и будущего одновременно – того самого тепла памяти о родных людях…
— Да, сынок… Это ваш дом теперь навсегда.
Я завершила звонок и опустилась на верхнюю ступеньку крыльца. Солнце медленно клонилось к горизонту; небо переливалось розовым золотом заката…
Я не знала точно – найдётся ли помощь для Александра или удастся ли ему выбраться из долговой ямы… Останется ли рядом Галина или уйдёт при первых трудностях…
Не знала также – сможем ли мы вновь стать настоящей семьёй…
Не была уверена даже в себе – получится ли найти новую работу или хватит ли сил растить детей одной в этом большом доме со всеми его заботами: счета за отопление зимой да крыша текущая весной…
И всё же одно было ясно наверняка: этот дом останется стоять; яблоня снова расцветёт весной; пионы поднимутся в мае; дети будут кататься на качелях под смех…
А где-то там – среди суеты большого мира мой брат будет пытаться стать лучше человеком…
И пока это так – остальное приложится само собой…
Я поднялась на ноги, стряхнула пыль с джинсов и достала из кармана старый ключ – тот самый ключик от дома… который мама вручила мне прямо в больничной палате перед самым уходом…
«Береги дом… Лариса», прошептала она тогда едва слышно… «И брата береги тоже… Он потерялся сейчас… но обязательно найдётся».
Я вставила ключ в замок двери и повернула его медленно…
— Постараюсь мамочка… Обязательно постараюсь…
И вошла внутрь своего дома – родного до боли сердца… полного воспоминаний о прошлом и надежды на будущее одновременно 💚