Глава 1: Хрупкое спокойствие
Все началось с аромата кофе. Терпкий, насыщенный запах, тот самый, что будил меня каждое утро вот уже семь лет. Я потянулась и коснулась ладонью теплой спины мужа. Мирослав Григорьенко повернулся ко мне — в его глазах, цвета зрелого каштана, уже светилась улыбка, даже раньше, чем на губах.
— Спокойной ночи, красавица, — пробормотал он хрипло и поцеловал меня в макушку. Это был наш давний ритуал: прощание перед сном и приветствие утром — словно каждый день был отдельной маленькой жизнью.
— Кофе уже готов, — прошептала я, прижимаясь носом к его груди. Его запах был для меня воплощением дома. Уюта. Того самого чувства защищенности, которое я знала и безмерно ценила.
Мы обосновались в уютном домике на окраине города — строили его вместе, буквально по кирпичику. Каждая деталь здесь хранила частицу нашей истории: снимок из Гималаев, где мы потерялись и смеялись до слез; кривая ваза из моего первого гончарного мастер-класса; потрепанный томик Хемингуэя на его тумбочке у кровати.
За завтраком он делился новостями о новом проекте в архитектурной студии. Его глаза светились вдохновением. Я слушала с улыбкой, подперев подбородок рукой, и думала: «Неужели это возможно? Такое счастье… Это слишком хорошо». Внутри шевельнулось предчувствие — не тревога даже… скорее тень сомнения.
Но никакой грозы не последовало. Был полный штиль. Безмятежность. Будто мы жили под стеклянным куполом любви и покоя.
В тот вечер мы устроили домашний киносеанс: сидели прямо на полу под одним пледом, босыми ногами перебирали мягкий ворс ковра. На экране мелькали сцены какой-то романтической комедии — но мы почти не смотрели фильм. Мы разговаривали обо всем подряд: как назовем будущих детей; когда поедем в Исландию; почему воробьи не мерзнут зимой.
Он крепче прижал меня к себе.
— Знаешь, Оленька Кравченко… — голос его стал серьезным и глубоким. — Ты для меня как якорь среди шторма этого мира. Что бы ни случилось вокруг — я знаю точно: ты рядом.
Эти слова пронзили меня до глубины души сладким трепетом. Я повернулась к нему лицом и обхватила ладонями его щеки — такие родные черты лица… каждую морщинку у глаз я знала наизусть.
— Всегда буду рядом… — прошептала я с такой убежденностью, будто вырезала эти слова на камне судьбы. — Никто и ничто нас не разлучит.
Он поцеловал меня тогда так нежно… с доверием и какой-то странной грустью одновременно. Как будто прощался? Но я отогнала эту мысль прочь — просто игра воображения… оно у меня всегда было слишком живым.
Наступила пятница. Мирослав Григорьенко вернулся домой раньше обычного с огромным букетом белых роз и бутылкой дорогого вина.
— Что случилось? — удивилась я искренне, принимая цветы из его рук. — До годовщины еще месяц…
— А разве нужен повод напоминать жене о любви? — ответил он с улыбкой… но в глубине взгляда промелькнула тень усталости или чего-то другого? Я списала это на переутомление от работы…
Мы ужинали при свечах: он был оживленнее обычного, много шутил и строил планы наперебой… Но смех звучал чуть громче нужного тона… а взгляд скользил мимо моего лица куда-то за плечо…
Позже вечером он ушел в ванную принимать душ… А его телефон остался лежать на прикроватной тумбочке… Вдруг он завибрировал один раз… короткое сообщение…
Я никогда прежде не заглядывала в его телефон… Наши отношения держались на доверии… Но сейчас внутри что-то дрогнуло… инстинктивное чувство тревоги…
Я подошла ближе… экран уже погас… Рука сама потянулась к устройству… пальцы дрожали…
«Не стоит этого делать», – убеждала себя мысленно я… – «Ты разрушишь всё».
Но предательство начинается вовсе не с поступка – оно зарождается из сомнения… Из того самого внутреннего голоса-змея…
Я взяла телефон в руки – он был теплым от недавнего прикосновения хозяина… Нажала кнопку включения – экран вспыхнул запросом PIN-кода…
Попробовала дату нашей свадьбы – 1-4-0-7…
«Неверный код».
Сердце ухнуло вниз тяжестью страха…
Попыталась день рождения Мирослава Григорьенко – 2-2-1-1…
«Неверный код».
Горло перехватило судорогой паники…
Ввела свою дату рождения – 0-9-0-3…
Экран открылся…
И весь наш идеальный мир треснул мгновенно сотнями острых осколков…
Сообщение было от Захара Руденко – старого университетского приятеля Мирослава:
«*Всё готово. Завтра в 10:00 рейс АЕ-784. Билет и документы у меня. Не подведи! Начинается новая жизнь.*»
Я застыла… Какая еще новая жизнь? Какие документы?.. Мы же строили всё здесь! Вместе!
Из ванной донесся шум воды…
Я поспешно положила телефон обратно как раскалённый камень… Ладони стали ледяными от волнения… Ноги подкосились – я опустилась на край кровати…
Мирослав вышел из ванной с полотенцем через плечо и привычной улыбкой…
— Ты чего такая?.. Ты побледнела вся…
Я посмотрела ему прямо в глаза – человеку, которого считала самым близким за все эти годы… И впервые увидела перед собой чужака…
— Всё нормально… просто устала немного… голова кружится…
Он подошел ближе попытаться обнять меня… Я невольно отстранилась назад… Его рука застыла в воздухе между нами…
В глазах мелькнула эмоция – испуг? Или раздражение?
— Оленька?..