Я тружусь офис-менеджером. Доход самый обычный — без излишеств, но и не впроголодь.
— Михайло, мы же решили делить пополам.
— Так это по коммуналке, — недовольно засопел он. — А дети — совсем другое. Ты ведь их полюбила? Хочешь же стать мамой?
Чистейшая манипуляция. Прозрачная. Но я устояла.
— Нет. Покупай сам.
Он обиделся, надулся. Два дня ходил мрачнее тучи, не разговаривал. Потом оттаял. Купил Ярине дешёвую куртку на рынке. Девочка расплакалась, а я почему-то почувствовала укол вины.
Спустя месяц пришла первая платёжка. Сумма за коммунальные услуги выросла почти в полтора раза: вода, электричество, интернет. Дети. Трое детей — и сразу заметные траты.
— Твоя часть — восемь тысяч, — сказала я Михайло.
— Сколько? — он округлил глаза. — Да это же грабёж! У меня таких денег нет!
— Мы договаривались платить поровну.
— Юлия, ну прояви понимание! — он ухватил меня за руку. — У меня трое детей! Я по уши в долгах! Дай отсрочку хотя бы на месяц. Я подработку найду.
Я согласилась. Месяц прошёл — подработки так и не появилось. Он внёс три тысячи. Остальное легло на меня.
А траты только увеличивались. Максим попросил новый телефон — старый окончательно сломался. Ярине понадобились кроссовки для физкультуры. Лесе — платье к утреннику.
И каждый раз Михайло заводил одну и ту же песню.
— Юлия, выручи. Ты же видишь, им это необходимо. Сейчас не могу, но я всё верну. Честно.
Я покупала. Телефон. Кроссовки. Платье. Вернул ли он деньги? Нет. Даже не заикался об этом.
Со временем я стала замечать и другое. Продукты исчезали с пугающей скоростью. Закупалась на неделю — через три дня холодильник пуст.
— Дети растут, — пожимал плечами Михайло. — Им нужно много еды. Особенно Максиму. Подросток всё-таки.
Я увеличивала покупки. Тратила всё больше. А он растягивался на диване, смотрел футбол и грыз сухарики.
— Ты вообще работаешь? — спросила я однажды вечером.
— Конечно! — вспыхнул он. — Каждый день хожу! Просто платят мало. Начальство жадное.
Я ничего не ответила, но внутри всё кипело.
Настоящее обострение случилось в марте. Мне позвонила классная руководительница Ярины.
— Здравствуйте. Вы мама Ярины?
— Нет, я… подруга её папы.
— Понимаю. У нас возникла проблема. Ярина не сдала деньги на экскурсию — пятьсот гривен. Весь класс едет, а она остаётся. Возможно, вы сможете помочь?
Я поехала в школу, внесла деньги. Учительница поблагодарила, а я возвращалась домой на взводе.
— Михайло! Почему Ярина не сдала деньги на экскурсию?
— А, это? — он почесал затылок. — Забыл совсем. Дел много, голова кругом.
— Ей было стыдно! Она одна не едет!
— Ну извини. С кем не бывает. Ты же заплатила?
— Заплатила. Но это твоя дочь. Ты обязан следить за такими вещами.
— Юлия, не перегибай, — нахмурился он. — Я стараюсь. Один тяну троих, мне непросто. Ты могла бы включаться больше. Ты же женщина. У тебя должен быть материнский инстинкт.
Вот как. Материнский инстинкт. Значит, я обязана — просто потому что женщина. Я посмотрела на него и тихо ответила.