– Мне были нужны сведения, не ты, – Изяслав произнёс холодно, скрестив руки на груди. Его голос звучал отстранённо, без малейшего намёка на сочувствие. – Ты была лишь средством. Временным решением. Сейчас ты мне больше не нужна.
Оксана застыла, словно вросла в пол. Её тело не слушалось – ни шагнуть вперёд, ни отступить назад. Внутри всё сжалось, будто невидимая петля резко затянулась вокруг сердца. Она пыталась уловить в его взгляде хоть тень тепла, намёк на то, что это всего лишь жестокая игра, но видела только ледяное безразличие.
– Почему?.. – прошептала она едва слышно, сама с трудом различив свой голос. – Зачем так больно?
– Потому что жизнь – не сказка, – равнодушно ответил Изяслав и пожал плечами так спокойно, будто объяснял очевидное. – Здесь выживают те, кто умеет использовать других. Ты не справилась. Прощай.
Он подошёл к двери и распахнул её резким движением — как окончательную точку в разговоре.
– Уходи.
Оксана медленно вышла на лестничную площадку. За её спиной дверь захлопнулась с глухим звуком — тяжёлым и бесповоротным. Она оперлась о стену и почувствовала, как по щекам потекли слёзы.
На улице царила темень. Сквозь дождевую пелену тускло мерцали редкие фонари, отбрасывая дрожащие отблески на мокрый асфальт. Оксана шла вперёд вслепую — дорога терялась под ногами, холод не ощущался вовсе. Дождевые капли стекали по волосам и проникали под одежду через воротник пальто — но она этого даже не замечала. Всё то, во что она верила — его слова любви, её мечты о будущем — рассыпалось в прах. В голове вновь и вновь звучали его фразы: “Ты бесполезна… Ты мне не нужна… Ты была инструментом…”
Она двигалась без цели и направления — просто шла вперёд сквозь шум дождя и далёкие звуки машинного гула. В какой-то момент остановилась и подняла глаза к серому небу — будто надеясь найти там ответ… Но над головой были только тяжёлые тучи и нескончаемый ливень.
Дождь становился всё сильнее: крупные капли стучали по тротуару чаще и громче; вода стекала по витринам магазинов струями света и отражений; улицы превращались в размытые акварельные картины города под дождём… Но Оксана этого уже не замечала: она продолжала идти вперёд без цели или направления; мысли путались между собой… Лишь одна становилась всё отчётливее: пути назад больше нет.
Всё осталось за той дверью… За той границей между прошлым и настоящим… Которую захлопнул Изяслав.
Спустя час она оказалась у небольшого кафе на окраине города Украины. Зашла внутрь почти автоматически — просто заметила огоньки вывески сквозь дождь да толкнула дверь рукой… Тепло внутри резко контрастировало с промозглой улицей; воздух был наполнен ароматами кофе и свежей выпечки… Но аппетита это не вызывало вовсе.
Оксана выбрала столик у окна в самом углу зала; заказала чай… И уставилась на тонкую струйку пара над чашкой: он медленно поднимался вверх… Напиток постепенно остывал — но она так к нему и не прикоснулась.
Мысли метались беспорядочно: обрывки воспоминаний сталкивались друг с другом… Но среди этого хаоса начали вырисовываться чёткие образы: взгляд Юрия в тот вечер — спокойный… Без злости или упрёков… Только тихая боль где-то глубоко внутри глаз… Он тогда ничего ей не сказал… Не удерживал… Не просил остаться…
Просто стоял молча…
А потом перед глазами всплыло лицо Изяслава — его холодный взгляд… Его слова…
“Он никогда меня не любил”, – наконец поняла Оксана про себя. Эта мысль ничего ей не облегчила… Но хотя бы расставила всё по своим местам…
Она достала телефон из сумки; экран осветил её заплаканное лицо: мокрые ресницы с потеками туши… бледная кожа щёк…
Пальцы дрожали при каждом движении…
Она открыла список контактов… Нашла номер Юрия…
Сердце билось так сильно, что казалось вот-вот вырвется наружу…
Нажала вызов…
Гудки тянулись долго…
И вот раздался голос:
– Оксана?
Она зажмурилась крепко-крепко; пальцы судорожно стискивали телефон…
Ком стоял в горле…
– Юрий… – начала было она тихо…
Но голос предательски дрогнул…
Он молчал… Ждал…
– Прости меня… – наконец прошептала Оксана через усилие боли внутри груди. – Я перезвоню позже…
Нажав “отбой”, она осталась сидеть неподвижно перед погасшим экраном телефона.
Разговор сейчас был невозможен…
После всего сказанного ею тогда…
После того предательства доверия…
Какие могли быть слова?
Всё разрушила именно она сама…
Не Изяслав… Не обстоятельства…
Чай остыл окончательно.
Оксана подняла глаза сначала на чашку перед собой… Потом перевела взгляд на часы на стене кафе…
Мир продолжал жить своей жизнью…
А она будто застряла где-то между вчерашним днём и сегодняшней ночью…
Медленно поднявшись со стула, девушка оставила купюру рядом с чашкой — сумму большую стоимости заказа — и вышла обратно под дождь.
Город жил своей привычной жизнью: машины проносились мимо по мокрым улицам; прохожие торопливо прятались под зонтами от ливня; витрины магазинов светились размытым светом сквозь водяную завесу ночи…
А Оксана шла среди них чужой фигурой без цели или смысла существования…
Всё то важное из прошлого исчезло бесследно: ни Изяслава рядом больше нет… Ни Юрия… Ни иллюзий о любви или будущем…
Только пустота внутри неё самой осталась неизменной —
Холодная,
Безмолвная,
Необратимая.
У перекрёстка девушка остановилась ненадолго: посмотрела направо… налево… прямо перед собой…
Куда идти дальше?
Вернуться туда же? В старую квартиру до встречи с Юрием? Там теперь живут другие люди…
Пойти к матери? Но та наверняка будет задавать вопросы…
Или просто бродить до тех пор,
пока усталость
не заглушит мысли?..
Она действительно
не знала ответа…