«Он меня убьёт, если узнает».
«Он убьёт тебя, если ты останешься! Маричка, ты вообще слышишь себя? Ты же жертва насилия! Нужно уходить немедленно!»
«Но как? У меня ни копейки, а документы он прячет…»
«Документы найдём. Деньги у меня есть. Собирайся. Я уже в дороге».
Маричка металась по квартире в панике. Паспорт обнаружила в ящике стола — Остап не особо старался его спрятать. В спешке набросала в сумку самое нужное: одежду, косметику, зарядное устройство. Руки дрожали от страха.
Елизавета приехала через сорок минут. Влетела в квартиру и крепко обняла подругу.
«Быстро! Пока он не вернулся домой».
Они выскочили на улицу и сели в машину Елизаветы.
Вечером Остап начал звонить. Маричка не отвечала. Тогда посыпались сообщения:
«Где ты?!»
«Ответь немедленно!»
«Ты об этом пожалеешь!»
Позже звонила Ганна — кричала в трубку:
«Как ты посмела сбежать?! Немедленно возвращайся домой! Позор какой на всю округу!»
Маричка заблокировала все номера.
— Он всё равно меня найдёт… — шептала она, вся дрожа.
— Не найдёт. Я никому не скажу, где ты находишься. А ты подашь на развод и заявление напишешь — за побои.
— У меня нет доказательств…
— Есть. Сфотографируй синяки, сходи за справкой в травмпункт — этого будет достаточно.
На следующее утро они отправились в больницу. Врач осмотрела Маричку и покачала головой с сочувствием.
— Давно терпите?
— Уже два года…
— Надо было раньше уходить… Ну ладно, главное — решились сейчас. Сейчас оформлю справку.
Потом Елизавета повела её к юристке — женщине лет пятидесяти с серьёзным видом и строгим костюмом.
— Рассказывайте всё по порядку.
Маричка поведала свою историю. Адвокат внимательно слушала и делала пометки.
— Понятно. Подадим иск о разводе и заявление о насилии. Квартира оформлена на него? Совместного имущества нет?
— Нет… Всё записано только на него…
— Тогда развод пройдёт быстро и без лишних сложностей. А за побои он ответит по закону: умышленное причинение лёгких телесных повреждений — до двух лет лишения свободы максимум.
— Я не хочу тюрьмы для него… Просто хочу быть свободной от всего этого…
— Тогда можно добиться штрафа вместо срока, но заявление обязательно нужно подать — чтобы он оказался на учёте. Если вдруг снова попытается что-то сделать…
Через неделю пришла повестка: Остап требовал встречи для разговора.
— Не ходи к нему, — сказала Елизавета строго. — Пусть адвокат разбирается сам.
Но Маричка решила иначе: ей нужно было взглянуть ему в глаза лично.
Они встретились в кафе. Остап сидел угрюмый, с щетиной на лице и потухшим взглядом.
— Что это за бред? Развод? Заявление?
— Я ухожу от тебя навсегда.
— Да без меня ты пропадёшь! Кто тебя такую возьмёт? Пустоголовая дура!
— Может быть… Но больше я не позволю тебе унижать меня!
— Унижать?! Да я тебя содержал! Крышу над головой дал! А ты неблагодарная тварь!
— Ты бил меня каждый день… Оскорблял… Запирал дома… Не давал общаться ни с кем… Это была не забота – это была клетка!
— Сама виновата! Надо было слушаться!
Маричка поднялась из-за стола:
— Прощай, Остап. Увидимся уже только в суде…
Он вскочил следом:
— Постой! Вернись! Я прощу всё… И мама тоже простит… Начнём сначала…
Она остановилась у выхода:
— Нет… Хватит… Подпиши бумаги и оставь меня наконец в покое…
Она вышла из кафе уверенным шагом, но Остап бросился за ней и схватил за руку:
– Отпусти!.. – вырвалась Маричка – Или закричу!
Он разжал пальцы, но его взгляд пылал злобой:
– Ты ещё пожалеешь… Я уничтожу тебя…
– Попробуй…
Через месяц развод был завершён официально. Остап пытался давить через адвоката, сопротивлялся до последнего – но проиграл дело полностью: суд принял сторону Марички благодаря медицинской справке о побоях.
Ему назначили штраф тридцать тысяч гривен. Он бесился от ярости и продолжал угрожать местью – но теперь Маричка больше его не боялась вовсе.