— Орися, Сергей сказал, ты расстроилась из-за какого-то механизма, — произнесла она, по-хозяйски распахивая дверцу моего холодильника и внимательно изучая содержимое полок. — Перестань. Шитьё — занятие для кухарок и дам без диплома. Женщина с амбициями должна распоряжаться активами, а не сидеть за машинкой!
Я облокотилась на дверной косяк и спокойно усмехнулась:
— Активами? Это так же, как вы «распоряжались» активами мясокомбината в две тысячи восьмом, когда целая фура тушёнки по бумагам вдруг стала кормом для мифических мышей?
Людмила подавилась ломтиком сыра, который секунду назад без разрешения отрезала. Лицо её налилось цветом переспевшей сливы, она торопливо схватила стакан с водой и плеснула половину себе на леопардовый кардиган. Вид у свекрови был такой, будто памятник Ленину внезапно пустился в канкан.
— Дерзкая! — прохрипела она, с трудом прокашлявшись.
С того момента всё изменилось. Я больше не стремилась быть удобной.
Два десятилетия я трудилась медсестрой в поликлинике, а по вечерам превращалась в бесплатный обслуживающий персонал для родни мужа. Я ставила капельницы Людмиле, разминала спину Наде, оплачивала коммунальные счета, потому что «Сергей откладывает на инвестиции», готовила ужины из трёх блюд, пока золовка, ни дня не проработавшая к своим двадцати восьми, наведывалась к нам с контейнерами — запасаться едой на всю неделю.
В пятницу вечером Сергей пришёл домой, предвкушая запечённую свиную рульку. Плита оказалась холодной и пустой. В холодильнике сиротливо лежали кочан капусты да пакет кефира.
— А ужин где? — недовольно спросил он, приподнимая крышки пустых кастрюль.
— Семье нужнее, — невозмутимо ответила я, неторопливо подпиливая ногти. — Решила, что вам с Надей не повредит интервальное голодание.
В выходные на пороге появилась Надя. Как всегда, без предупреждения — открыла дверь своим ключом. Она устроилась на диване, вытянув ноги в новеньких кроссовках, и, даже не поздоровавшись как следует, протянула:
— Орися, мне там для канала в «Одноклассниках» нужна…