— Что я говорила?! — взорвалась она, резко вскочив со стула. — Я просила «Айфон»! По-хорошему просила! А ты принесла мне тряпки? На юбилей?! Ты правда считаешь, что я достойна этого? Тряпок?!
— Мелания, успокойся, — попыталась я дотронуться до её руки, но она отдернулась, будто обожглась.
— Нет уж, пусть все услышат! — она обернулась к гостям и развела руками. — Вот она — моя лучшая подруга! Душу ей открываю, надеюсь на неё… А в ответ? Пожалела на подарок! Хотя знала, как сильно я хотела!
— Мелания, ты перегибаешь палку, — мой голос стал тверже. — Я не обязана дарить тебе телефоны за сто пятьдесят тысяч гривен. Я живу на обычную зарплату.
— Да плевать мне на твою зарплату! — закричала Мелания; её лицо покрылось пятнами от ярости. — Взяла бы кредит! Одолжила бы где-нибудь! Если бы любила по-настоящему! Но нет… Ты же у нас бережливая и правильная!
— А ты у нас щедрая? — не выдержала я. Внутри что-то оборвалось. Тридцать лет терпения и снисходительности рассыпались в прах за одну секунду. — Может, напомним всем твой подарок мне на юбилей?
— Причём тут это? — растерялась Мелания.
— Самое прямое отношение! — повысила я голос так, чтобы перекрыть гул в зале. — Ты вручила мне старый аэрогриль с чужим гарантийным талоном! Его тебе свекровь когда-то подарила и он три года пылился у тебя дома! Даже коробку не удосужилась протереть от грязи! Это по-твоему проявление любви и уважения?
Гости замерли в изумлении. Кто-то прыснул со смеху. Мелания застыла с открытым ртом, словно рыба без воды.
— Ты… ты… мелочная дрянь! Ты припоминаешь мне это?! Да пошла ты к чёрту со своими простынями!
Она схватила коробку с дорогим постельным бельём и с силой бросила её на пол. Та с грохотом ударилась о паркет.
— Убирайся отсюда немедленно! Чтобы духу твоего здесь больше не было! Нищенка!
Я посмотрела на неё: перекошенное лицо от злобы, размазанная помада и дрожащие пальцы с кольцами из золота… И вдруг почувствовала невероятную лёгкость. Будто сбросила мешок камней с плечей после тридцати лет ношения.
— С превеликим удовольствием, — спокойно произнесла я.
Развернувшись к выходу, я пошла прочь из квартиры. За спиной ощущались взгляды десятков людей… но мне было всё равно.
— Кира! Подожди! — донеслось вслед от одной из наших давних знакомых… Но шаг мой даже не замедлился.
На улице царил приятный холод; снежинки плавно кружились в свете фонарей. Я глубоко вдохнула морозный воздух грудью. Телефон завибрировал в сумке: наверняка Мелания или кто-то из «сочувствующих» уже начал писать гневные или нравоучительные сообщения.
Я достала смартфон и без раздумий нажала «заблокировать контакт» напротив номера Мелании. Затем удалила её из всех мессенджеров.
Домой решила идти пешком: снег приятно хрустел под сапогами. Мне было пятьдесят лет. У меня была любимая работа, чудесная дочь, уютная квартира и планы по ремонту ванной комнаты.
А ещё у меня остались нетронутыми сто пятьдесят тысяч гривен – деньги, которые могли уйти на чужую прихоть… И главное – ко мне вернулась свобода: свобода быть собой без чужих требований и эмоциональных манипуляций.
Завтра тот самый аэрогриль отправится прямиком на мусорку – туда ему самое место. А вот комплект белья… Жаль всё-таки – такой красивый бежевый оттенок идеально подошёл бы к моей спальне…
Хотя…
Я остановилась возле витрины того самого магазина текстиля – он ещё был открыт.
Я толкнула дверь; звякнул колокольчик над входом.
— Добрый вечер, — приветливо сказала продавщица при виде меня. — Что-то забыли?
— Нет… Просто решила купить тот комплект сама себе: сатин-жаккард цвета шампань… Я его заслуживаю.
И это был лучший подарок за последние тридцать лет – знак уважения к самой себе.