— Разнообразить, говоришь. Мы ведь столько лет встречаем этот праздник вместе. Это стало нашей традицией. Нашей семьёй.
— Мам, ну ты можешь поехать с нами. Родители Оксаны приглашают.
Лариса усмехнулась с горечью.
— Приглашают… Из вежливости. Чтобы я там сидела чужая среди их компании, пока вы развлекаетесь? Нет уж, благодарю.
— Мама, да при чём тут вежливость? Им действительно будет приятно тебя увидеть.
— У меня есть своя семья. Ты и София.
Сын почувствовал, как разговор начинает заходить в тупик.
— Мам, ну не надо так остро реагировать. Мы просто хотим один раз сделать по-другому.
— А у меня тоже был свой план — встретить Новый год с тобой и внучкой. Как всегда. Но похоже, я уже не в счёт.
— Конечно, ты важна для нас. Но ведь мы не можем каждый год отмечать только у тебя дома.
Лариса опустилась на стул и склонила голову. Когда она подняла лицо, на щеках блестели слёзы.
— Я одна тебя поднимала на ноги. Когда ты болел — ночами не сомкнула глаз. Когда поступал в университет — отдала последние гривны на твои нужды. А теперь ты променял меня на её семью?
— Я никого не предаю…
— Предаёшь! Ты хочешь забрать у меня Софию в ту единственную ночь года, когда я чувствую себя нужной и не одинокой!
Ярослав поднялся со своего места и подошёл к матери, обняв её за плечи.
— Мамочка, пожалуйста… Успокойся. Мы же придём к тебе на Рождество — будем все вместе, как всегда…
Она отстранилась от него:
— Рождество… Жалкий утешительный приз вместо настоящего праздника!
— Мама, это несправедливо…
Женщина поднялась и вытерла слёзы ладонью:
— Хорошо. Езжайте к ним… Только запомни: если вы переступите их порог в новогоднюю ночь — для меня семьи больше нет! Ты мне больше не сын! Выбирай сам!
— Мам… что ты такое говоришь?..
— Говорю то, что думаю! Делай выбор!
Ярослав вышел из квартиры растерянный и подавленный. Вернувшись домой, он был мрачен как туча.
Оксана встретила его вопросом:
— Ну как всё прошло?
— Плохо… Она закатила настоящую сцену…
— И что теперь будем делать?
Он пожал плечами:
— Не знаю…
Жена подошла ближе:
— Ярослав… это чистой воды манипуляция! Если мы поддадимся сейчас — она будет так делать всегда…
Он тихо ответил:
— Ты просто не понимаешь… Она ведь совсем одна…