Полина стояла чуть поодаль, наблюдая за происходящим с выражением, в котором угадывались и удовлетворение, и едва скрытый триумф.
— Максим, успокойся. Давай обсудим всё без крика.
— Нет! С меня достаточно! — он резко махнул рукой, и София инстинктивно шагнула назад. — Моя Полина остаётся, а ты можешь уйти хоть сейчас! — выкрикнул он, указывая на дверь.
Он говорил с такой уверенностью, словно право собственности только что перешло к нему. Будто именно он решал, кому здесь жить, а кому — собирать вещи. Словно квартира вдруг стала его.
***
София застыла на месте. Затем неторопливо сняла пальто, всё ещё зажатое в руках, аккуратно повесила его на спинку кресла и перевела взгляд на мужа. Её глаза были спокойными, холодными, как лёд в январе. Максим вздрогнул, словно ощутил, что сказал лишнее, но отступать не стал — упрямство взяло верх.
— Повтори, — негромко произнесла София.
— Что именно? Ты всё слышала. Моя Полина остаётся.
— Нет. Вторую часть. Про меня.
Максим сглотнул, но, сжав челюсти, повторил:
— Ты можешь уйти. Прямо сейчас. Куда угодно.
Полина неожиданно притихла. Она сделала шаг назад, будто почувствовала, как изменилась атмосфера. София не повышала голос, не плакала и не жестикулировала, но её сдержанность пугала сильнее любого скандала.
***
София направилась в спальню, раскрыла шкаф и вынула папку с бумагами. Вернувшись, она разложила документы на столе. Движения были размеренными, почти выверенными до автоматизма. Ни одного лишнего жеста — всё точно и хладнокровно.
— Смотрите, — произнесла она, касаясь первого листа. — Договор купли-продажи. Дата — пятнадцатое марта две тысячи девятнадцатого года. За три года до нашей свадьбы. В графе «собственник» — я. Единолично. Без созаёмщиков, без поручителей, без долей.
Максим побледнел, не отрывая глаз от бумаг. Полина подошла ближе, прищурилась, вчитываясь, но промолчала.
— А вот выписка из реестра, — продолжила София, выкладывая следующий документ. — Всё оформлено на меня. Никаких обременений, долгов или ипотеки. Квитанции за коммунальные услуги за последние два года — тоже на моё имя. Договор с управляющей компанией — аналогично.
Она подняла голову и посмотрела мужу прямо в глаза.
— Ты предлагаешь мне покинуть мою квартиру? Ту, что я приобрела за собственные деньги, которую оплачиваю и в которой зарегистрирована как единственный владелец?
***
Максим заметно сбавил тон. Он переминался с ноги на ногу, словно ища выход из ситуации.
— София… ну давай без крайностей. Я же не буквально это сказал. Просто… ты понимаешь, у Полины сложный период, ей правда сейчас некуда деваться. У неё ремонт.
— Некуда? — в голосе Софии зазвучала твёрдость. — У неё есть собственная квартира. Ремонт — временное неудобство. Можно арендовать жильё на месяц. Или пожить у подруг. Вариантов достаточно.
— Зачем тратить лишние деньги, если у нас есть место?
— У нас? — София чуть приподняла бровь. — У нас однокомнатная квартира. Тридцать восемь квадратных метров. Где она собирается спать? В комнате, где живём мы? А нам куда — на кухню?
Полина решила вмешаться, сменив тактику.
— София, ну зачем так резко? Я же вам не помешаю. Тихо буду, аккуратно. Вы меня и замечать не станете. И потом, Максиму виднее, как лучше. Он мужчина, глава семьи, ему и решать.
София повернулась к Полине. Лицо её оставалось спокойным, но во взгляде появилась ледяная твёрдость.
— Полина, в этой квартире главный тот, чьё имя указано в документах. И это моё имя.
***
Полина фыркнула и направилась к спальне, будто слова невестки её вовсе не касались.
— Ладно, пойду разберу сумки. Максим, покажи, где удобнее устроиться. Где у вас свежее бельё?
София шагнула вперёд, перекрывая путь. Голос её не изменился, но в нём чувствовалась непреклонность. Полина остановилась, словно наткнулась на невидимую преграду.
— Полина, дальше вы не пройдёте.
— Что значит — не пройду? Ты это серьёзно?
— Вы находитесь в моей квартире без моего разрешения. Прошу вас собрать вещи.
Полина резко обернулась к сыну.
— Максим! Ты слышишь?! Она меня выгоняет! Полину, которая тебя родила!
Максим закрыл глаза и провёл ладонями по лицу, но так и не вмешался.
— Максим! — повысила голос Полина. — Скажи хоть слово! Ты меня защитишь или нет?!
***
Он открыл глаза и посмотрел на Софию.
— София, ну хватит. Давай спокойно всё обсудим… Нельзя же так сразу…
— Мы уже всё обсудили, — ровно ответила она. — Ты заявил, что я могу уйти. Но уходить буду не я. Уйдёте вы. Оба.
Максим резко вскинул голову.
— Оба? То есть и меня тоже? Я твой муж!
— Я никого не выгоняю. Я ставлю условие. Либо Полина уезжает прямо сейчас, либо вы уезжаете вместе. Иного варианта нет.
— София, ты не имеешь права так поступать! Мы женаты! Мы семья!
— Семья? — она смотрела на него спокойно. — Муж, который кричит на меня в моей же квартире и требует, чтобы я ушла. Муж, который не счёл нужным спросить моего согласия, прежде чем привезти сюда Полину на месяц. Странное представление о семье, Максим.
Он открыл рот, собираясь возразить, но слова путались, сбивались и застревали где‑то в горле.