Поезд увозил Марию прочь от привычной реальности, отбивая ритм колесами по рельсам в унисон с ее напряженным сердцем. За окном проносились поля, перелески и окраины небольших станций — всё это напоминало кадры из старого фильма, который она будто бы смотрела впервые за два десятилетия.
Тревожное чувство не отпускало. В своем купе Мария машинально провела ладонью по бедру, ощущая под джинсами не прежнюю мягкость, а четкий рельеф мышцы. Платье — элегантное, приталенное, из смесового шелка — сидело на ней именно так, как она когда-то представляла: свободно, но с акцентом на фигуру. Она приобрела его специально для этой встречи и полгода назад повесила в шкаф с биркой, думая тогда с тоской, что так его и не наденет. Но теперь оно было на ней.
И всё же внутри что-то сжималось. В голове вновь всплывали фотографии из социальных сетей. Владислава — всё такая же стройная, но теперь с безупречной кожей после «уколов красоты», как она сама подписывала снимки. Алина — заметно округлилась в формах, но благодаря яркому макияжу и стильной стрижке выглядела уверенной женщиной со вкусом; полнота лишь подчеркивала её образ успешной бизнес-леди. Кира — вся в походах и йоге: подтянутая до предела, с серебристыми прядями в волосах, которые смотрелись не как признак возраста, а как дерзкий штрих зрелой души.
«А я? — размышляла Мария, глядя на свое отражение в темном стекле вагона. — Я просто Мария. Та самая, которая медленнее набирает вес». Раньше слова тренера звучали насмешливо; теперь они обрели иной смысл. За последний год она изменилась не только внешне. Пропала одышка при первых шагах вверх по лестнице; исчезла тяжесть в коленях при подъеме; появилась сила — спокойная внутренняя опора, которой она гордилась особенно тогда, когда впервые смогла присесть без страха под собственным весом и позже уже с гантелью в руках. Но перед посадкой в вокзальном туалете она разглядывала совсем другое: тонкие морщинки у глаз, которые оставались даже после улыбки; ту самую складку на шее — казалось ей — предательски выдававшую возраст.
Муж обнял её за талию перед отъездом — ту самую талию, которую теперь мог легко охватить руками,— и сказал: «С такой фигурой тебе ни к чему бояться морщин! Подруги обзавидуются». Он говорил искренне; это было видно по глазам. В них сверкала та самая искра любви и восхищения, которую она давно не замечала со дня их свадьбы.
«Ты правда думаешь, они совсем не изменились?» — спросила она тогда сквозь его поцелуй в макушку.
«Если судить по интернет-фото…» — начала было Мария.
Но он только рассмеялся:
«Ты сама посмотри на свои снимки! Ты настоящая богиня! И при свете вспышки камеры и без нее тоже! Уверен: они волнуются ничуть не меньше тебя».
Однако его уверенность осталась позади вместе с запахом кофе у перрона станции. Впереди был город её юности. Тот самый город в Украине, где она была другой: легкой на подъем студенткой без страха перед будущим и худощавой от бессонных ночей над конспектами и питания всухомятку.
Она возвращалась туда…