«Ты не могла бы по утрам не тарахтеть так громко своей кофемашиной?» — с явным недовольством потребовал Кирилл, а Виктория застыла, не веря услышанному

Неприемлемо эгоистичное требование разрушило привычный покой

— Прекрасно. Тогда всё становится куда интереснее. Доставай ноутбук, Кирилл. Сейчас и посмотрим.

Кирилл уставился на Викторию так, будто она внезапно заговорила на языке пришельцев.

— Что значит «посмотрим»? — возмутился он уже без всякой театральности, почти искренне. — Ты вообще кто такая, чтобы проверять мою почту? Мой руководитель? Между прочим, это личная деловая переписка с HR-отделом серьёзной компании. Я не могу показывать её кому попало. Там конфиденциальная информация. Коммерческая тайна, если ты не в курсе.

— Именно это и значит, Кирилл, — произнесла Виктория, и в её голосе появился холодный металлический оттенок.

Она шагнула ближе. Настолько уверенно, что деверь машинально отступил назад и почти прижался лопатками к дверному косяку.

— Ты живёшь в нашей квартире восемь месяцев. Ровно восемь. Вчера вечером, пока ты героически освобождал очередное королевство от орков и гоблинов, я решила ради интереса посчитать, во сколько нам с Русланом обходится твоё пребывание. Еда, коммунальные платежи, бытовые мелочи, твои постоянные «займи до первой зарплаты», которая почему-то никак не наступит. И знаешь, что выяснилось? Мы с мужем вкалываем с утра до ночи, чтобы обеспечивать взрослого, здорового и очень голодного мальчика. Мальчика, который за всё это время ни одной гривной не поучаствовал даже в покупке туалетной бумаги.

Кирилл застыл, будто его на секунду выдернули из привычной роли оскорблённого гения. Виктория, не повышая голоса, продолжила:

— Поэтому да, у меня есть полное моральное право узнать, чем именно ты так занят по ночам за закрытой дверью. Либо ты показываешь мне пачки отказов, приглашения на собеседования и то самое тестовое задание, либо прямо сейчас перестаёшь рассказывать сказки о великой карьере, из-за которой я, видите ли, не могу в восемь утра спокойно выпить кофе на собственной кухне.

Кирилл начал заметно сдавать. Маска уверенности сползала с него кусками.

— Ты… ты решила ставить мне ультиматумы в квартире моего брата? — сорвался он на крик. — Я, между прочим, Руслану родной человек! Я часть этой семьи, а не какой-то квартирант, который обязан перед тобой отчитываться! И вообще, как я могу нормально искать работу, если вы всё время здесь ходите, шумите, мешаете, лезете со своими вопросами? У меня в этой квартире нет ни угла, где можно спокойно выдохнуть! Вы своим бытом меня просто давите!

— Поняла, — спокойно сказала Виктория. — Значит, если коротко: главная помеха твоему блестящему трудоустройству — это мы с Русланом и сам факт нашего нахождения в собственной квартире. Хорошо, Кирилл. Такая проблема действительно решается.

Кирилл самодовольно фыркнул. Он решил, что победил. В его голове всё уже сложилось в привычную картинку: невестка испугалась ссоры с Русланом, сейчас отступит, потом начнёт ходить тише, купит ему какие-нибудь дорогие наушники, перестанет заглядывать в тарелку и больше никогда не посмеет задавать вопросы о деньгах.

Через несколько минут Виктория молча забрала папку с расчётами и уехала в офис. Рабочий день начался для неё как обычно: совещание, звонки, правки по документам, короткие разговоры в коридорах. Но сразу после успешно проведённой встречи она направилась не к себе, а прямо в кабинет генерального директора.

Из внутренних разговоров Виктория знала: через две недели компания должна была запускать проблемный строительный объект в соседнем регионе, в Полтаве. Проект буксовал, сроки горели, подрядчики спорили, а найти на месте человека с жёсткой рукой и холодной головой никак не удавалось.

Виктория положила перед руководителем заявление и без лишних вступлений предложила себя на запуск филиала на ближайшие полгода. Генеральный директор, прекрасно помнивший её умение вгрызаться в задачу и доводить до результата даже безнадёжные проекты, долго раздумывать не стал. Приказ был подписан почти сразу. В дополнение он пообещал полностью оплачиваемое служебное жильё в нормальном районе и приличную командировочную надбавку к зарплате.

Вечером за ужином Кирилл, как и всегда, жаловался Руслану на несправедливость рынка труда.

— Рус, ну это уже просто цирк, — вещал он, размахивая вилкой над тарелкой. — Та компания снова передвинула техническое собеседование. У них там полный хаос в отделе персонала. Никто не умеет ценить людей, которые мыслят нестандартно.

Виктория спокойно дождалась, пока он закончит свою речь. Затем открыла сумку, достала подписанный приказ и положила его на край стола.

— Руслан, у меня новости, — сказала она, обращаясь только к мужу и будто вовсе не замечая Кирилла. — Сегодня руководитель утвердил мой перевод на ближайшие полгода. Я еду запускать новый филиал в Полтаве. Нам дают отличное служебное жильё.

Бонжур Гламур