Я перестала что-либо предлагать. Просто жила рядом. Готовила, стирала, убирала. Ходила на работу — я трудилась бухгалтером в небольшой компании. Возвращалась домой. Готовила ужин. Ждала мужа. Он приходил, ел, садился за компьютер. Я мыла посуду, ложилась спать. Он приходил позже и ложился на свою сторону кровати, отворачиваясь к стене.
Мы не ругались. Не выясняли отношений. Просто сосуществовали рядом — два чужих человека под одной крышей.
Однажды я решилась на серьёзный разговор. Было воскресенье, Роман сидел на диване с ноутбуком. Я присела рядом.
— Роман, нам нужно поговорить.
Он даже не оторвался от экрана.
— О чём?
— О нас с тобой. Ты не замечаешь, что мы стали чужими?
Он всё-таки посмотрел на меня — в его взгляде сквозило раздражение.
— Оксана, я устал. Давай потом?
— А когда? Мы вообще почти не общаемся! Мы не проводим время вместе! Мы как соседи — а не как муж и жена!
Он закрыл ноутбук и потер переносицу пальцами.
— Что ты хочешь этим сказать? Что я плохой муж? Возможно… Но я работаю, обеспечиваю семью… Разве этого недостаточно?
— Этого мало! Мне нужен не спонсор, а партнёр по жизни! Человек, с которым можно говорить откровенно, смеяться вместе… просто быть рядом!
Он поднялся с дивана.
— Прости, если разочаровал тебя… Но я такой, какой есть. Если тебе это не подходит — даже не знаю…
Он ушёл в другую комнату и закрыл дверь за собой. А я осталась сидеть одна и плакала — тихо и беззвучно.
После той беседы стало только хуже: Роман стал возвращаться домой ещё позже или вовсе оставался ночевать в офисе — якобы из-за авралов и срочных проектов. Я уже не знала — правда это или нет… да и знать больше не хотелось.
Прошло ещё полгода. Я чувствовала себя медленно угасающей изнутри — будто жизнь покидала меня понемногу каждый день. Я превращалась в блеклую тень самой себя: молчаливую фигуру, выполняющую привычные обязанности без души.
Подруга Надя это заметила первой.
— Оксана… что с тобой? Ты совсем потухла…
— Всё нормально, — солгала я ей тогда.
— Не верю тебе… Давай встретимся? Поговорим спокойно…
Мы встретились в кафе: уютное место на углу улицы с мягким светом ламп над столиками. Я рассказала всё как есть: про равнодушие дома, про одиночество внутри себя… Про то чувство пустоты, которое стало постоянным спутником моей жизни.
Надя слушала молча и внимательно… Потом взяла мою руку в свою:
— Оксаночка… зачем ты держишься за это? Ты несчастна… Он тоже несчастен… Зачем продолжать то, что давно умерло?
— Потому что я его люблю… — прошептала я еле слышно.
— Нет… Ты любила того Романа восьмилетней давности… А сейчас рядом другой человек… И он тебя больше не любит…
Эти слова ударили сильнее пощёчины — потому что были правдой до боли ясной…
Я вернулась домой и долго сидела одна на кухне: думала… плакала… снова думала…
И наконец решилась записаться к психологу.
На следующий день я сразу же нашла специалиста и пошла на приём. Меня встретила женщина лет пятидесяти: спокойная улыбка и добрые глаза располагали к доверию сразу же; она жестом пригласила присесть напротив себя за столик без барьера между нами; её голос был мягким и тёплым — ни капли осуждения или формальности…
И вдруг мне стало легко говорить ей всё: будто открылась дверца внутри меня — усталое сердце начало выговариваться само собой… Без прикрас или драматизма – просто честно о том, что копилось годами…
Она слушала внимательно; иногда задавала уточняющие вопросы; кивала слегка головой…
— Оксана… а вы пытались понять причину перемен у мужа? Может быть у него есть трудности о которых вы даже не догадываетесь?
— Я спрашивала его об этом… но он ничего не говорит…
— А вы пробовали настоять?
Я задумалась над её словами… Нет – настоять мне никогда не хватало смелости… Боялась услышать то страшное окончательное «нет», которое разрушит последние иллюзии…
— Попробуйте поговорить снова – но искренне… Без обвинений или упрёков… Просто скажите ему правду о своих чувствах – скажите как вам больно терять его каждый день понемногу… Может быть он даже сам до конца этого ещё не осознал…
Вечером того же дня я собралась с мыслями окончательно: Роман пришёл около девяти вечера – а я уже ждала его дома; сидела за столом с руками сложенными перед собой ровно…