Мягкие линии ткани, безупречный фасон, пуговицы с перламутровым блеском — пальто выглядело как воплощение успеха. Оно будто заявляло: «Его владелица знает себе цену». Только вот хозяйки у него не было. Лишь вешалка. И теперь этой вешалкой становилась я.
– Доброе утро, – Тамара вышла из кухни, вытирая руки о полотенце. На ней был шелковый халат, от которого доносился аромат дорогого кондиционера для белья. Ни слова о вчерашнем инциденте. Ни малейшего намека на разрезанную синюю ткань в мусорном ведре. Будто всё случившееся накануне было лишь сном. – Завтрак готов. Антон уже почти закончил.
Я прошла мимо молча, направилась в ванную и умылась ледяной водой. Из зеркала на меня смотрела бледная женщина с усталым взглядом и темными кругами под глазами. «Ты сдалась?» — спрашивало отражение. Я сунула руку в карман джинсов, висевших на крючке — пальцы нащупали металлическую пуговицу-якорь. Нет, я просто затаилась.
Когда я оделась и подошла к вешалке, Тамара появилась за спиной беззвучно, словно надзиратель в тюрьме. Она сама сняла пальто с плечиков и протянула мне.
– Увидишь сама — тебе понравится. Совсем другое ощущение, Оксана: чувство собственного достоинства.
Я просунула руки в рукава — кашемир был мягким и почти невесомым, но мне казалось, будто меня заковали в броню. Слишком теплое, слишком длинное… слишком её.
– Повернись-ка, – распорядилась она.
Я подчинилась. Она осмотрела меня придирчиво: поправила воротник и стряхнула несуществующую пылинку с плеча.
– Вот так уже лучше выглядишь! Осталось только сапоги твои сменить… растоптанные… Ну да ладно — всё сразу не исправишь. Иди уже.
Выйдя из подъезда, я чувствовала себя чужой среди своих же вещей. Ветер играл полами роскошного пальто; женщины на остановке бросали взгляды украдкой: раньше я терялась среди них — серенькая куртка, джинсы и рюкзак… А теперь выделялась как пятно краски на холсте серого дня: кто-то смотрел завистливо, кто-то оценивающе.
«Интересно, сколько стоит?» — читалось во взгляде кондуктора при передаче мелочи за проезд.
«Наворовала или подарили?» — спрашивали глаза архивной вахтерши без слов.
На работе меня встретила тишина читального зала и запах старых книг — мой любимый аромат времени… времени нетронутого ножницами чужих решений.
– Ух ты! – Кристина присвистнула при моем появлении в кабинете. – Оксанка! Ты что там натворила? Антон клад нашёл? Это же Max Mara! Я такую модель видела!
– Подарок от свекрови… – ответила я сухо и повесила «подарок» подальше внутрь шкафа между старыми плащами коллег.
– Повезло тебе… – вздохнула Кристина и залила кипяток в кружку. – Моя мне только просроченные банки приносит… А тут такое! Живут же люди…
«Повезло», – отозвалось внутри эхом пустоты. Я уселась за стол и открыла опись фондов 1937 года… но буквы расплывались перед глазами: мысли были об Антоне.
Вчера вечером он попытался обнять меня перед сном — я отодвинулась к стене.
– Оксан… ну хватит сердиться… – прошептал он сквозь темноту комнаты. – Мама сказала компенсирует всё… Она хочет путёвки нам купить летом в Турцию… Ну такой у неё характер… Что поделаешь? Зато она помогает нам ведь! Мы бы сами эту квартиру не потянули бы даже по аренде… А тут центр города, ремонт… Потерпи немного…
Потерпи… Девиз нашей семейной жизни…
Весь день прошёл как под копирку: механически перелистывала дела фонда за делом; вечером специально пошла через парк домой по длинному пути — лишь бы меньше времени провести взаперти «золотой клетки». Пальто грело тело — а это раздражало больше всего: хотелось бы ему быть колючим или неудобным… Но оно было идеальным во всём: Тамара знала толк в вещах… Жаль только слова выбирать она так никогда не умела…
Глава 4: Операция «Преображение»
Прошла неделя холодного перемирия: я носила пальто; Тамара одобрительно кивала за ужином; Антон пытался шутить тактично; а я молчала и крепко держалась за пуговицу-якорь внутри кармана…
А потом наступила суббота — начало второго акта спектакля:
– Сегодня едем в салон красоты! – объявила Тамара за завтраком тоном приказа без возможности возражения.
– У меня другие планы… – попыталась возразить я спокойно.– Хотела съездить к Богдану на кладбище…
– К отцу съездишь завтра — он никуда не денется! – отмахнулась она буднично намазывая масло на тост.– А у моего мастера запись расписана надолго вперёд! Я еле тебя туда вписала!
– Зачем? – напряглась я всем телом…
– Потому что у тебя на голове настоящий хаос! А через неделю мой юбилей! Придут серьёзные люди: партнёры Антона, мои знакомые из администрации… Ты должна выглядеть достойно жены успешного юриста! Не как мышка из библиотеки!.. Всё уже оплачено: стрижка там будет тебе сделана хорошая… окрашивание… маникюр тоже включён!
Я перевела взгляд на Антона:
– Оксана… ну сходи ты уже туда… – попросил он тихо сложив руки.– Мама правда старалась ради нас обоих!.. Договорилась лично с Макаром!.. Это лучший мастер здесь!.. Тебе понравится…
В его глазах читался страх того самого выбора между двумя женщинами его жизни… И выбор был предрешён заранее…
Я согласилась не ради них обоих — ради себя самой: хотелось узнать насколько далеко она готова зайти со своей идеей моего преображения…
Салон «Версаль» встретил нас смесью запахов химии для волос и свежего кофе; Макар появился сразу же при нашем входе — манерный мужчина с причёской лучше моей собственной встретил Тамару как королеву:
— Тамара! Вы снова блистаете сегодня! А это у нас тот самый непростой случай?.. – его взгляд скользнул по мне равнодушно сквозь призму профессиональной жалости к материалу для работы…