— Елена говорит, что в моей квартире кто-то живёт. С ключами. С вещами, — Оксанка прижала телефон к уху и замерла посреди офиса. — Максим, это правда?
В трубке воцарилась тишина. Такая долгая, что у Оксанки внутри всё сжалось в тугой узел.
— Макс, я спрашиваю тебя. Ты кому-то отдал ключи от моей квартиры?
— Оксанка, послушай… — голос мужа прозвучал глухо и неуверенно. — Я собирался тебе рассказать, просто не знал как…
— Ты передал ключи своей матери? — руки у Оксанки задрожали. — Без моего согласия ты позволил ей войти в мою квартиру?
— Мама всего лишь хотела осмотреться! Ей нужно было понять планировку, прикинуть, стоит ли искать что-то подобное. Я думал, она просто заглянет на минутку и уйдёт!
— А она осталась жить там, — медленно проговорила Оксанка и опустилась на стул. — Она перевезла туда свои вещи и теперь живёт в моей квартире. Которую я купила за свои деньги до нашего брака. Почему я узнаю об этом последней?
— Давай спокойно обсудим…
— Я еду туда прямо сейчас, — уже хватая сумку, сказала она. — И если твоя мама не соберёт вещи в течение часа, я вызову полицию.
— Ты же не всерьёз!
— Более чем.
Она отключила звонок и выскочила из офиса даже не попрощавшись с коллегами. Светлана с соседнего стола успела только что-то встревоженно крикнуть ей вслед, но Оксанка уже неслась к лифту.
Дорога до квартиры заняла двадцать минут, но каждая секунда казалась вечностью. В такси она крепко сжимала телефон в руках и пыталась взять себя в руки — безуспешно. Мысли проносились одна за другой: злобные, колкие.
Как он мог? Как Максим вообще посмел распоряжаться её собственностью? Это ведь не его жильё! Она сама его приобрела ещё до свадьбы: работала тогда в другой фирме и снимала комнату у чужих людей… Два года платила ипотеку ценой отказа от всего лишнего. Эта квартира была её гордостью и опорой.
И теперь туда въехала Галина.
Просто взяла и поселилась там.
Оксанка вылетела из машины раньше времени сдачи сдачи мелочи на сдачу и стремглав бросилась к подъезду. По лестнице поднялась на четвёртый этаж почти бегом; ключ дрожал в пальцах при попытке вставить его в замок.
Дверь открылась без усилий. В прихожей пахло чужим освежителем воздуха; на полу стояли тапочки, которых раньше здесь никогда не было.
— Галина! — громко позвала она, стараясь держать голос под контролем. — Выйдите!
Из комнаты донеслись шаги; на пороге появилась свекровь: в домашнем халате с полотенцем через плечо. Выглядела расслабленной и даже приветливой.
— Ох ты ж моя Оксаночка! Какая неожиданная встреча! Зашла повидаться?
— Что вы здесь делаете? — едва выговорила девушка сквозь напряжение.
— Как что? Живу теперь тут! — пожала плечами Галина так буднично, словно речь шла о походе за хлебом. — Максим дал мне ключи… Сказал же: квартира пустует! Я свою сдала квартирантам временно… А сюда переехала: тут светло да район хороший!
— Максим не имел права передавать вам ключи! Это моя квартира! Личная собственность до брака!
Галина нахмурилась:
— Но как же так? Вы же супруги… Всё общее…
— Нет ничего общего здесь! Это добрачное имущество! У вас нет ни малейшего права находиться тут! Собирайтесь немедленно: два часа вам на сборы!
Лицо свекрови изменилось: улыбка исчезла без следа; глаза стали холодными и колючими.
— Ты серьёзно намерена меня выгнать?
— Абсолютно серьёзно.
Галина попыталась перейти на мягкий тон:
— Ну зачем так резко? Мы же родня… Можно было бы договориться по-хорошему… Квартира ведь стояла пустая…
Оксанка скрестила руки:
— Она пустовала потому что я так решила! У вас два часа или вызываю полицию!
Свекровь вспыхнула:
— Да как ты смеешь?! Я мать твоего мужа! Пожилой человек между прочим! Ты хоть понимаешь ЧТО ты делаешь?!
Оксана ответила спокойно:
— Защищаю своё жильё от незаконного вторжения.
Галина схватилась за телефон:
— Я сейчас Максиму позвоню!
Оксана молча наблюдала за ней из дверного проёма; внутри всё кипело от ярости, но внешне она оставалась спокойной – нельзя было показывать слабость ни на секунду.
Голос свекрови стал жалобным:
— Максимчик… сынок мой… твоя жена меня выгоняет отсюда прямо сейчас… Говорит съезжай немедленно… Как ты мог мне такое устроить?! Обещал ведь всё будет нормально…
Из трубки доносился приглушённый голос мужа – слов разобрать было невозможно; Галина нахмурилась ещё сильнее и протянула телефон Оксе:
— Он хочет поговорить с тобой…
Максим говорил умоляющим тоном:
— Подожди немного… Пусть хотя бы переночует… Она ведь не успеет всё собрать сразу…
Оксана ответила жёстко:
— Успеет ещё как успеет – прямо сейчас начнёт собираться!
Он попытался возразить:
— Но…
Она перебила его без колебаний:
— Никаких «но», Максим! Ты предал моё доверие – передал постороннему человеку ключи от МОЕЙ квартиры без моего согласия! Твоя мать вселилась сюда самовольно – это противозаконно! И терпеть этого я больше не собираюсь!
Максим возразил тихо:
– Но она же моя мама…
– А для этой квартиры – посторонняя женщина без прав доступа!
На том конце провода повисло молчание; слышалось только тяжёлое дыхание Максима.
Наконец он произнёс:
– Я сейчас приеду… Подожди меня…
– Приезжай хоть сейчас – но она съедет сегодня обязательно.
Оксана завершила разговор и повернулась к Галине:
– Начинайте собираться.
Та стояла неподвижно с плотно сжатыми губами; лицо налилось краской обиды и злости – глаза блестели яростью.
– Ещё пожалеешь об этом… – процедила она сквозь зубы.– Запомни мои слова…
– Время пошло…
Следующие полтора часа растянулись мучительно долго: Галина нарочно медлила со сборами вещей – охала демонстративно громко, вздыхала тяжело, бормотала себе под нос недовольства вполголоса… Но Оксана следовала за ней по пятам: проверяла каждую комнату внимательно – чтобы ничего лишнего не забрала или чего важного случайно «не забыла».
Заглянув на кухню, девушка обнаружила там уже расставленную посуду свекрови: банки с крупами аккуратно размещены по полкам; холодильник заполнен продуктами; а над окном висели новые занавески – явно привезённые Галиной из своей прежней квартиры…
Молча начала складывать всё это обратно по пакетам сама; когда та попыталась возразить – один взгляд со стороны хозяйки заставил её замолчать мгновенно…