— Привет, Юлия, — он вошёл, небрежно стянул обувь и раскидал её по прихожей. Один ботинок оказался у коврика, второй — уткнулся в колесо чемодана.
— Привет, — с улыбкой отозвалась Юлия. — Я почти всё собрала. Осталось только косметичку положить. Ты свои шорты нашёл?
Михайло замер на месте и потер переносицу — его привычный жест, предвещающий неприятный разговор, который он попытается подать в мягкой форме.
— Слушай, Юль… Тут такое дело.
Он прошёл на кухню и налил себе воды прямо из графина, проигнорировав стакан. Сделал шумный глоток — нарочито демонстративно.
— Садись, — махнул он рукой в сторону стула. — Надо кое-что обсудить.
Юлия ощутила внутри холодок. Это чувство она знала слишком хорошо: как когда в самолёте объявляют о турбулентности и стюардессы с каменными лицами спешат пристегнуться.
— Что-то случилось? — она осталась стоять в дверях кухни.
— В общем… всё немного поменялось, — Михайло развёл руками с видом сочувствия, которое не коснулось его взгляда. — Мы никуда не едем.
Юлия моргнула один раз. Потом ещё раз.
— В каком смысле «не едем»? Рейс отменили?
— Нет-нет, самолёт вылетает по расписанию. Просто мы не летим. Я отменил бронирование отеля час назад. А билеты… ну они были без возврата. Да и ладно уже.
Он произнёс это так буднично, словно речь шла о пропущенном завтраке в кафе, а не о потраченных деньгах, за которые можно было бы приобрести подержанную иномарку.