— И вы решили… что именно? — голос у меня предательски дрожал. — Что я должна узнать об этом вот так?
Наталья посмотрела прямо в глаза.
— Я посчитала, что вы имеете право знать, — произнесла она спокойно. — Лучше услышать это от меня, чем однажды наткнуться на случайную бумагу.
Я сидела, не веря происходящему: пришла за деньгами, а нашла прошлое мужа.
И ребёнка.
Ребёнка, который оказался не совсем чужим.
Тем вечером Юрий вернулся домой позже обычного.
Я находилась на кухне в темноте. Не включая свет, просто ждала его прихода.
Когда он вошёл, я услышала знакомые шаги и привычное “привет”. Он щёлкнул выключателем и застыл на месте.
— Ярина? Почему ты сидишь в темноте?
Я взглянула на него и вдруг поняла: он по-прежнему считает меня удобной. Думает, я сейчас скажу: “ничего страшного, просто устала”.
Но я этого не сказала.
— Где ты был? — спросила я ровным голосом.
Он напрягся всем телом.
— На работе. А что случилось?
— Я тоже была на работе, — ответила я. — В качестве сиделки.
Он усмехнулся с недоверием:
— Правда? И как тебе?
Я продолжала смотреть ему в глаза. Сейчас или никогда…
— У Натальи работала, — сказала я тихо.
Он замер мгновенно.
Та пауза выдала его сильнее любых слов.
— У какой Натальи? — спросил он поспешно.
Я наклонилась ближе к нему:
— У Натальи. Твоей бывшей тёщи.
Юрий побледнел заметно:
— Ты о чём вообще говоришь?
— Я видела фотографию, — продолжила я. — Тебя. Ганну. И мальчика рядом с вами…
Он открыл рот… но слов не последовало.
Потому что лгать больше было невозможно.
— У тебя есть сын, Юрий? Его зовут Богдан?
Он опустился на стул так резко, будто ноги отказались его держать.
— Ярина… — прошептал он едва слышно. — Я собирался рассказать…
— Когда? — перебила я его. — Когда ему исполнится восемнадцать? Или когда он сам постучит к нам домой?
Юрий закрыл лицо руками:
— Это было давно… Я запутался… Не знал как…
Я смотрела на него и чувствовала пустоту внутри: ни слёз, ни гнева – только холодная тишина внутри себя самой.
— Ты её бросил… беременную или уже с ребёнком? — спросила я почти шёпотом.
Он поднял взгляд – полные вины глаза встретились с моими. Но вина – это чувство без действия. Оно ничего не исправляет само по себе…
— Я помогал им… переводил деньги… старался…
— Деньги?! – переспросила я с горечью. – Ты правда думаешь, что переводы могут заменить отца?
Он молчал снова…
— Всё это время ты жил со мной и нашей дочерью… А где-то рядом рос твой сын… А мне досталась роль жены “которая не вмешивается”.
Юрий начал раздражаться – как всегда бывало при страхе:
— А чего ты хотела?! Чтобы всё разрушить?!
Я посмотрела прямо:
— Юрий… ты сам всё разрушил… Просто делал это медленно…
Он вскочил:
— Ты ничего не понимаешь! Ганна была ошибкой! Молодость! Я любил только тебя!
У меня дрогнули губы:
— А её ребёнка ты любил?..
Молчание снова повисло между нами…
И тогда до меня дошло: говорить “люблю” он умеет легко… Но когда любовь требует поступков – он исчезает…
Я тоже поднялась со стула:
— Завтра ты пойдёшь к Наталье… К своему сыну… Не с переводом денег и не с извинениями по телефону… А сам лично скажешь правду…
Он посмотрел на меня с кривой усмешкой – слабой уже…
– Ты мне приказываешь теперь?
– Нет… Просто называю условия… Либо ты становишься мужчиной и берёшь ответственность… Либо остаёшься тем, кто прячется за страхами… И тогда решаю уже я – как будет дальше для меня и нашей дочери…
Юрий стоял передо мной так же растерянно, как будто впервые увидел во мне силу…
Наверное потому что впервые услышал её вслух…
А ведь именно в доме Натальи мне открылась правда: всю жизнь я молчала и терпела чужие тайны вокруг себя…
Больше так жить не хотелось…
На следующий день я снова пришла к Наталье работать сиделкой…
Она сидела в кресле и смотрела внимательно – будто ждала ответа ещё до того как задала вопрос:
– Он знает?
– Да… теперь знает…
Она кивнула медленно:
– Придёт ли?
– Не знаю… честно говоря…
Наталья вдруг произнесла тихо:
– Ярина… вы думаете, мне нужна месть?
Я посмотрела ей прямо в глаза:
– Не могу сказать точно…
Она тяжело вздохнула:
– Мне нужно только одно: чтобы Богдан перестал думать о себе как о недостаточном человеке только потому что отец его не выбрал…
У меня перехватило дыхание от этих слов…
В тот момент до меня дошло: злость моя направлена на Юрия… Но есть мальчик рядом – живущий всё это время с дырой внутри сердца… которую нельзя залатать деньгами…
– Он хороший парень… – прошептала я едва слышно
– Знаю… – ответила Наталья мягко.– Только ему важно услышать это от самого отца…
В этот момент послышались шаги по лестнице…
Не мои шаги и не Софии…
Тяжёлые нерешительные шаги мужчины…
Юрий вошёл в комнату словно после долгого боя – побитый жизнью без ударов
Наталья взглянула на него без приветствия
Сказала лишь одно слово:
– Поздно
Юрий сглотнул напряжённо
– Я хотел бы сказать—
– Молчи! Сначала иди к нему! – резко оборвала она
Юрий прошёл мимо нас по коридору к двери комнаты Богдана
Мне стало трудно дышать от напряжения
Хотелось уйти незаметно или исчезнуть вовсе
Но осталась
Дверь открылась
Послышался голос подростка изнутри комнаты:
– Бабушка?.. Что такое?..
Пауза
Затем тихое слово:
– Привет?..
И ещё тише вопрос:
– Ты кто?..
И тогда мой муж сказал наконец то самое главное за все эти годы жизни вместе:
– Я твой отец… Меня зовут Юрий…
Далее слов уже почти не было слышно
Только дыхание двух людей за дверью
Молчание мальчика длилось долго
А потом прозвучало: