Я стояла у раковины, смывая с тарелок остатки ужина, когда Оксана вдруг поинтересовалась:
— Ну что, Александра, ты уже смотрела путёвки в Коблево? Нам троим взрослым и Кириллу — детский билет.
Я обернулась. С рук капала вода прямо на пол, тарелка чуть не выскользнула из пальцев. Марко сидел на диване с телефоном в руках и даже не взглянул в мою сторону.
— Какие путёвки?
Оксана улыбнулась снисходительно, как будто разговаривала с ученицей, не выучившей урок. Села за стол и положила руки перед собой.
— Ну Марко же говорил, что мы все вместе поедем в июле. Я, Маричка и Кирилл. Ты ведь не возражаешь? Мы уже давно не были на море, а у тебя хорошая работа — можешь себе позволить.
Я перевела взгляд на мужа. Он продолжал листать ленту новостей или соцсетей — будто бы ничего не слышал.
— Марко? — позвала я его.
— Ага, — кивнул он рассеянно, даже не отрываясь от экрана.
— Ты им обещал путёвки?
— Ну… я подумал… Мама хотела. Ты же не против?
Оксана тем временем налила себе чай из заварника, добавила сахар и начала медленно размешивать ложечкой — так неторопливо, словно у неё впереди целая вечность.
— Марко сказал мне, что ты как раз получила премию. Вот и замечательно. Семья должна отдыхать вместе. Разве я не права?
Я вытерла руки полотенцем. Пальцы дрожали — пришлось сжать их в кулаки.
— Да, премия была. Но я собиралась потратить её иначе.
— Иначе? — переспросила Оксана и сделала глоток чая. — У тебя что же это выходит: свои планы важнее семьи?
Марко поднялся с дивана и направился на кухню. Открыл холодильник, достал йогурт и ложку. Стоял ко мне спиной.
— Мы ведь обсуждали это раньше… Хотели сделать ремонт в спальне…
— Подождёт ремонт-то твой, — пожал он плечами без особого интереса к разговору. — А мама давно просит съездить отдохнуть. Да и Маричке с Кириллом нужно на море выбраться хоть разок.
Оксана согласно кивнула головой и поставила чашку обратно на столешницу:
— Александра, милая моя… ты же понимаешь: ребёнку полезно побыть у моря! А Маричке тяжело одной справляться с ним всё время… Поедем все вместе – поддержим её немного! Ты ведь добрая у нас девочка…
Добрая девочка… которая должна оплатить отпуск для четверых человек из чужой семьи. Я закрыла воду в кране и повесила полотенце обратно на крючок. Вернувшись в комнату, опустилась рядом на диван.
Оксана допила чай молча и отнесла чашку обратно на кухню; Марко доел йогурт и выбросил упаковку в мусорное ведро.
На выходе из кухни она снова заговорила:
— Так ты посмотришь путёвки? Только чтоб недалеко от пляжа было… И питание нормальное! Мы привередливые…
Я промолчала в ответ. Марко включил телевизор и начал щёлкать пультом по каналам без особого интереса к происходящему вокруг себя. Оксана собрала сумочку, натянула куртку:
— Ладно тогда… Я пошла! Маркошенька мой дорогой, завтра заедешь? Мне полочки надо повесить…
— Заеду, мам…
Она ушла за дверь; хлопок замка прозвучал особенно громко после её ухода – квартира сразу погрузилась в тишину: только телевизор бубнил что-то о погоде вполголоса.
Я сидела неподвижно перед стеной… Премия составила сто двадцать тысяч гривен – я копила эти деньги полгода: выполняла план продаж сверх нормы каждый месяц… перерабатывала вечерами… Надеялась наконец привести спальню в порядок – новые обои поклеить… шкаф купить… кровать поменять…
А он просто пообещал моей премией оплатить отпуск своей матери… сестре… племяннику…
— Ты серьёзно сейчас? — спросила я тихо.
Марко переключил канал:
— Что?
— Ты правда думаешь… что я куплю всем им путёвки?
Он вздохнул тяжело; убрал звук телевизора и повернулся ко мне:
— Ну а что такого-то?.. Мама просит всего один раз…
— Один раз?! В прошлом году она просила стиральную машину – я купила! Годом раньше был холодильник – тоже за мой счёт!
Он пожал плечами:
— У меня зарплата меньше твоей…
Я посмотрела прямо ему в глаза:
— У тебя такая зарплата потому что ты сам так решил! Мог бы устроиться нормально работать вместо того чтобы подрабатывать таксистом время от времени!
Он отвернулся молча… включил звук обратно…
— Значит так… Не хочешь помочь моей маме – ясно всё…
Я поднялась со своего места… прошла мимо него к спальне… закрыла дверь за собой тихо… Легла поперёк кровати лицом вверх – смотрела молча в потолок…