Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она пропадёт из статей, видео и новостей
Марта устроилась в маленьком уютном кафе напротив Оксаны и едва заметно вздыхала. Замечая это, она тут же одёргивала себя: расправляла плечи, отпивала глоток уже остывшего чая, к месту кивала собеседнице. Однако в груди всё равно неприятно ныло. И ведь сегодня был её день рождения. К этой дате она всегда относилась спокойно, без особых ожиданий. Ни фейерверков, ни сюрпризов, ни огромных букетов ей не требовалось. Достаточно было бы тихого вечера дома: накрыть простой стол, сесть напротив мужа и говорить — обо всём и ни о чём одновременно. Но вместо этого она находилась здесь.
Богдану, как обычно, срочно понадобилось уехать в командировку. Это даже не обсуждалось. Он позвонил утром — голос звучал устало и немного виновато. Сказал, что отказаться невозможно, всё решилось внезапно, но он обязательно всё загладит. Извинился и пообещал набрать вечером. Марта ответила, что понимает. И действительно понимала — разумом. Только от этого легче не становилось.
— Представляешь, — с увлечением рассказывала Оксана, размешивая ложечкой латте, — я всё-таки заказала ту сумку, помнишь, показывала тебе? Из новой коллекции. Ждала её целый месяц! А потом курьер ещё задержался — я чуть с ума не сошла…
Марта кивнула и вдруг осознала, что делает это почти машинально. Слушала она вполуха. Все эти разговоры о заказах, брендах и коллекциях существовали будто в другой, глянцевой реальности — аккуратной, блестящей, но совершенно чужой ей. Жёны приятелей Богдана словно сговорились: куда ни повернись — обсуждения скидок, бутиков, удачных покупок и обязательное «за такие деньги грех было не взять». Марте это не вызывало ни раздражения, ни зависти — только скуку.
Она посмотрела в окно. По улице спешили редкие прохожие, занятые своими делами. Обычная жизнь, без витринного блеска. И Марта вдруг подумала, что, наверное, стоило поехать к родителям, как только стало ясно, что Богдана в этот день не будет рядом. Там всё выглядело бы проще и теплее.
Мама испекла бы её любимый пирог — с яблоками и корицей, чуть неровный на вид, но неизменно вкусный. Отец, как всегда, молча разлил бы чай по большим кружкам, сел бы напротив и слушал, не перебивая. И никто бы не заводил разговор о сумках ценой в половину чьей-то зарплаты.
Марта так и не научилась тянуться к роскоши. Честно говоря, она к ней и не стремилась. Детство прошло в маленьком провинциальном городке, где все знали друг друга, где радость находили в простых вещах — в первых тёплых днях весны, в вечерних кухонных разговорах, в самом факте быть рядом. О богатстве она не грезила и воздушных замков не строила. Всё, что произошло позже, случилось как будто само собой.
Получив диплом, Марта собиралась в тот же день собрать чемодан и уехать домой. Билет был куплен заранее. Но Орися, с которой они учились все эти годы, буквально умоляла её задержаться ещё на пару суток. Орисю пригласил за город мужчина, на которого она возлагала большие надежды. Она вообще умела мечтать широко: выгодный брак, дом, машина, отпуск дважды в год — не «куда получится», а «куда захочется». Марта этих планов не разделяла, но отказать подруге не смогла.
— Ну что тебе стоит? — уговаривала Орися, сидя на кровати и болтая ногами. — Поедем, отдохнём, шашлыки будут, компания отличная. А потом спокойно вернёшься домой.
Марта колебалась, но в конце концов согласилась. Уже в дороге выяснилось, что мужчина Ориси, Андрей, строго-настрого велел взять с собой «приличную подругу».
— Мы едем к его другу, — объясняла Орися слишком бодрым тоном, — а он живёт один. Нехорошо, если человек будет скучать.
Марту это насторожило с самого начала. В ситуации ощущалось что‑то неловкое. Но поворачивать назад было поздно, да и устраивать сцену она не собиралась. Решила просто пересидеть вечер в стороне и уехать при первой возможности.
Дом оказался просторным и ухоженным, с большой кухней и светлой гостиной. Никакой показной вычурности — всё аккуратно, добротно, с ощущением надёжности, которое сразу чувствуется.
Именно там она и встретила Богдана. Он не стремился оказаться в центре внимания, не перекрикивал других шутками, не перебивал и не пытался казаться лучше, чем есть. Сидел чуть поодаль, иногда вступал в разговор короткими, точными репликами, чаще слушал. Спокойный, сдержанный, немногословный. В его поведении не ощущалось ни напускной значимости, ни стремления понравиться любой ценой.
Вечер получился суматошным. Орися веселилась без удержу: смеялась громче остальных, запрокидывая голову, кокетничала, почти не выбирая, с кем именно. Марта же держалась в сторонке.