Марта, в отличие от остальных, предпочитала держаться поодаль. Сперва она вызвалась помочь на кухне: перемыла посуду, тщательно протёрла тарелки, нарезала салат. Потом несколько раз выходила на веранду — вдохнуть прохладный воздух. Вечер стоял тёплый, пахло дымом от мангала и свежескошенной травой. Марта опиралась на перила и всматривалась в темноту, ощущая странную неловкость, будто на этом празднике ей не нашлось места.
Иногда следом появлялся Богдан — молча становился рядом, закуривал и смотрел туда же. В этом безмолвии Марте было удивительно спокойно. Не требовалось притворяться или изображать из себя кого-то другого. Заигрывать она не умела да и не стремилась к этому. Ей всегда казалось, что флирт — это игра с чёткими правилами: вовремя улыбнуться, ненароком коснуться, сказать что-то лёгкое. А играть по правилам у неё не выходило. Да и желания участвовать в этом спектакле не возникало.
На следующий день Андрей сообщил Орисе, что им стоит расстаться. Та сперва решила, что это шутка, потом сорвалась на крик, а вскоре расплакалась. Она металась по дому, повторяя одни и те же обвинения, виня всех вокруг. А когда осталась с Мартой наедине, вдруг зло, почти с удовольствием, бросила:
— Это из‑за тебя! Крутила хвостом перед ними обоими, вот он и решил, что я ему не нужна!
Марта растерялась. Она пыталась оправдаться: объясняла, что весь вечер провела на кухне, почти ни на кого не смотрела и никому не собиралась мешать. Но Орися не слышала. В её глазах уже читалось готовое решение — проще всего назначить виноватую. И в тот миг Марта поняла, что спорить ей не хочется. Не потому что нечего возразить, а потому что надоело. Надоело оправдываться, что‑то доказывать, спасать чужие иллюзии. Да и цепляться за такую дружбу больше не тянуло. Зачем нужна подруга, которая с лёгкостью перекладывает на тебя собственные беды?
В тот же день Марта собрала вещи и вернулась домой. А спустя пару дней в дверь позвонили. Она открыла — и замерла: на пороге стоял Богдан с большим букетом белых хризантем.
— Здравствуй, — спокойно произнёс он. — Понимаю, что могу показаться странным, но ты так запала мне в душу, что я не смог не приехать.
Марта смутилась. Он говорил уверенно и просто, будто всё давно решил и теперь лишь озвучивал вывод. В голосе не чувствовалось ни тени сомнения.
— Я человек занятой, — продолжил Богдан, — и не люблю тратить время на пустые встречи и долгие ухаживания. Поэтому скажу прямо: я хочу, чтобы ты стала моей женой.
Марта стояла молча, крепко сжимая букет, и ощущала, как сердце поднимается к самому горлу. Ответа не находилось. Всё происходило слишком стремительно, слишком прямо, совсем не так, как она себе представляла. Конечно, Богдан ей нравился. Но решать вот так, на пороге, она не была готова. К тому же у неё был Мирон — сосед через двор. Они вместе уже много лет. Привычный, близкий, почти родной. С ним, как ей тогда казалось, она строила своё будущее и собиралась выйти за него замуж. Поэтому Богдану она отказала. Тот выслушал спокойно, кивнул, попрощался и ушёл — без уговоров и обид. Марта даже облегчённо вздохнула, будто сбросила тяжёлую ношу. Значит, поступила правильно. Так и должно быть.
Однако Богдан оказался настойчивым, хотя и не навязчивым. Он не давил и не устраивал сцен. Просто время от времени напоминал о себе: звонил, писал короткие сообщения — «Как ты?», «Надеюсь, день прошёл хорошо». Иногда приезжал без предупреждения, но всегда как будто вовремя. И неизменно с цветами — пышными, тяжёлыми букетами, которые едва помещались в руках. Марта смущалась и злилась на собственную слабость. Принимала цветы, благодарила, ставила в вазу, а затем снова повторяла:
— Нет, Богдан. Не нужно. Я уже всё сказала.
Мирон поначалу делал вид, что его это не касается. Усмехался, когда Марта вскользь упоминала о «знакомом», и бросал с показным безразличием:
— Пусть ухаживает, если времени много.
Но это напускное спокойствие быстро исчезло.
В тот вечер Мирон был у Марты. Они сидели на кухне, пили чай, обсуждали привычные мелочи — работу, соседей, планы на выходные. Всё выглядело спокойно и уютно. И именно тогда раздался звонок в дверь. Марта не сразу догадалась, кто это. Открыв, она на мгновение растерялась: на пороге стоял Богдан — собранный, уверенный, с огромным букетом в руках. Мирон мгновенно напрягся. Марта буквально почувствовала, как воздух в комнате стал плотным и тяжёлым.
— Проходите, — сказала она Богдану, стараясь держаться ровно, как гостеприимная хозяйка. — Чаю будете?
И тут Мирон вспыхнул.
— Может, ещё и переночевать ему предложишь? Тебе самой не надоело делать из меня посмешище? — резко бросил он, глядя прямо на Марту. — Выбирай. Или я, или твой драгоценный гость.
Марта растерялась.