И Оксана осеклась. Наталья так ловко переворачивала ситуацию, будто вовсе ни при чём, а все надуманные сложности — плод воображения её дочери. Позже, уже в студенческие годы, когда Оксана переживала измену любимого парня и по наивности поделилась этим с матерью, та сначала сочувствовала и старалась утешить. Но прошло всего пару дней — и уже вся родня была в курсе подробностей.
— Зачем ты всем рассказала? — сквозь слёзы спросила Оксана, чувствуя обиду до дрожи.
— Всем? — удивлённо переспросила Наталья. — Я только Лесе сказала. Это разве «всем»?
— Мама, я же просила никому не говорить! Это касается только меня!
— Ну что такого, если я сестре поведала? Смешно даже придираться.
А что случилось спустя полгода после свадьбы? Весь дом наперебой обсуждал, как свекровь якобы пришла на торжество в белом платье назло Оксане. Хотя это была чистейшая выдумка! Откуда вообще взялся этот «белый» цвет? Она попыталась достучаться до матери.
— Мам, она была в брючном костюме цвета увядшей розы.
— Перестань! — отмахнулась та. — Почти белый же был. Не придирайся к оттенкам.
— Люди теперь уверены, что это правда! Но ведь это ложь!
— Почему ложь-то? И вообще, забудут через день-два. Ты всё слишком близко воспринимаешь. Тебе заняться нечем — мать упрекать?
О беременности они хранили молчание до последнего момента — пока скрывать уже не представлялось возможным.
— Только никому не говори, — строго предупредила Оксана. — Мама, для меня это важно.
— Боже мой, кому ты нужна со своей беременностью? — рассмеялась Наталья. — Да и так уже всё видно.
— Видно кому? Твоей Лесе из другого города? Или Владимиру? Или твоим подругам на лавочке? Можно хоть раз удержаться от пересудов?
Не успели они выйти из дома и дойти до машины, как Алексей получил сообщение: «Оксана беременна». Мать так спешила поделиться новостью со всеми подряд, что отправила её не тому адресату.
Через трое суток после рождения Полины Наталья с воодушевлением делилась с каждым встречным подробностями «ужасных разрывов» у дочери и тем, как чуть ли не вертолёт пришлось вызывать для спасения роженицы. Когда слухи дошли до самой Оксаны, она в ужасе позвонила матери:
— Мам… зачем ты это рассказываешь?!
— А что такого?! Тебе ведь тяжело было!
— Мама… нет!
— Да перестань драматизировать! Я лучше знаю твои страдания. Людям интересно послушать…
Каждый раз после очередной подобной истории Оксану охватывал стыд такой силы, что хотелось провалиться сквозь землю. Нет-нет да пыталась остановить мать: сначала уговорами просила держать язык за зубами; потом срывалась на крик: хватит выносить личное напоказ! Всё без толку. Наталья тут же начинала обижаться: плакала демонстративно гремела пузырьками с лекарствами и причитала:
— Да что ж такое! Я ж не со зла! Что я такого ужасного сказала-то?! Все люди как люди – поймут…
Перелом наступил тогда, когда заболела Марьяна. Ничего серьёзного – обычная вирусная инфекция подхватилась где-то по дороге домой. Чтобы снова не началось мамино вещание на весь свет, Оксана решила ничего ей не говорить. Увы – Алексей случайно проговорился Наталье по телефону… Этого оказалось достаточно: спустя три дня классный руководитель дочки позвонила:
— Оксана… здравствуйте… Что случилось с Марьяной?
— Добрый день! Всё хорошо – завтра уже пойдёт в школу…