— Слыхала про твоего жильца, — хихикнула она. — У нас в подъезде всё как в новостной ленте. Сын тёти Любы с второго этажа всю неделю спал на кухне, пока вы тут сцену разыгрывали.
— Это была не сцена, — возразила я. — Мы просто репетировали серьёзный разговор. Получилось вполне достойно.
— Получилось именно как надо, — кивнула Оленька. — Я своим скажу: «Сначала чай, потом уже люди». И табличку повешу.
— Повесь обязательно, — поддержала я. — И ещё: напомни Роману, что слово «временно» опаснее любого инструмента.
Оленька ушла, оставив за собой запах укропа и очередную победу её магнитика на холодильнике (её «кот с пельменем» обошёл моего «кота с печеньем»).
Прошёл месяц. Елизавета научилась смотреть прямо в глаза и улыбаться так, будто мы с ней делимся тайной. Я снова заходила в детскую словно в святилище. Там стояли кроватка, кресло-качалка и окно с плотными шторами. Ни ноутбуков, ни чужих пледов. На полке аккуратно расставлены книги, на комоде баночки с кремами, а на стене висит наша листовка с правилами. Под ней я прикрепила рамочку с надписью: «Сначала чай». Это наш семейный оберег.
Теперь Роман иногда берёт трубку и говорит: «Секунду, спрошу у жены», и я слышу по ту сторону провода удивлённую паузу собеседника — как будто он услышал что-то из другого мира. И мне нравится этот звук.
Богдан однажды прислал фотографию: он стоит на балконе своей новой квартиры с картой метро в руках и подписью: «Временно = только до пятницы». А рядом — наклейка со снимком Елизаветы, которую он видел всего один раз — во время моего первого эмоционального взрыва — но всё равно был тронут до глубины души. Я ответила ему: «Плед купил?» — «Купил!» — «Хороший?» — «Лучший».
Иногда я вспоминаю ту ночь: чужую чашку на нашем столике и себя саму, бродящую по квартире с ребёнком на руках в попытке вернуть себе пространство. Думаю об этом и понимаю: тот конфликт был своевременным. Лучше один раз очертить границы маркером, чем потом заливать их краской из разбитых чувств. И ещё понимаю: Роман не враг мне. Он просто человек, который хотел сделать добро и ошибся способом. Таких много вокруг нас. Их нужно вовремя останавливать – мягко, но уверенно; с чаем – но по правилам.
Мы не стали записывать эту историю в семейную летопись под заголовком «великий скандал». Вместо этого она попала у нас в раздел «инструкции». Если вдруг кому-то из нас снова взбредёт идея чего-то «временного», он увидит листок на холодильнике и вспомнит дыхание Елизаветы ночью… И аромат детской комнаты – крема для тела и свежей постели вместо запаха чужого кофе возле ноутбука.
А ещё мы придумали забавную игру: когда Роман говорит «есть идея», я отвечаю «сначала чай». Мы садимся за кухонный столик, завариваем чайник и начинаем рисовать на салфетке варианты развития событий под названием «что если…». Иногда это заканчивается ничем особенным. Иногда – новым креслом-качалкой для детской комнаты. Но никогда – временным жильцом среди игрушек.
Если у вас дома тоже завёлся любитель временных решений – дайте ему прочитать нашу памятку из пяти пунктов. Эти простые правила держат дом крепче любого балдахина над кроваткой младенца. Потому что балдахин – это красиво… А границы – это уют и безопасность там, где спит тот самый человек, который только появился в этом мире и ещё не умеет сказать своё «нет». Мы говорим его за неё сами. И это вовсе не строгость… Это настоящая любовь.