Оксана смотрела на человека, с которым провела двадцать пять лет жизни. Высокий, всё ещё привлекательный, умеющий подбирать нужные слова. Раньше она верила каждому его обещанию. Теперь же за словами видела лишь холодный расчёт и попытки манипулировать.
— Дмитрий, мы уже давно начали всё заново. Каждый по-своему. И мой новый путь тебя не касается.
За неделю до слушания произошло неожиданное — позвонила Ярина: взволнованная и раздражённая одновременно.
— Мам, ты не поверишь. Папа Михайлу звонил.
— Зачем?
— Уговаривал повлиять на тебя. Мол, ты ведёшь себя неразумно, суд ничего не решит, лучше бы мы все сели и спокойно договорились.
— И как отреагировал Михайло?
— Он сказал ему много чего по делу и положил трубку. А потом ещё мне написал — типа: «дочка, ты же умная, объясни маме, что так нельзя».
Оксана тяжело вздохнула.
— Извини, что втянула тебя в это всё.
— Мамочка, да при чём тут ты? Это он пытается всех втянуть. Слушай, мы с Михайлом поговорили. Если вдруг в суде пойдёт что-то не так — поддержим тебя. Не деньгами — с ипотекой сейчас туго, сама знаешь. Но морально — всегда рядом.
— Яриночка… Спасибо тебе большое. Но я справлюсь сама. Уже взрослая девочка.
Дочь усмехнулась:
— Вот именно! Держись там! Мы всей душой с тобой!
Пятнадцатого февраля стояла промозглая серость и пронизывающий холод. Оксана пришла в суд за полчаса до начала заседания и устроилась на жёсткой лавке в коридоре ожидания. Сердце билось где-то под горлом от напряжения. Андрей задерживался — писал о пробках, но обещал скоро быть.
Дмитрий появился без пяти десять — один и без адвоката. Это удивило: она была уверена, что он наймёт кого-то известного и дорогого.
Он сел рядом без разрешения.
— Последняя возможность договориться мирно… Пятьсот тысяч — это максимум из возможного для меня сейчас.
— А остальные деньги от продажи куда исчезли?
— Потратили на лечение…
— Марию уже прооперировали?
— Нет ещё… Но внесён депозит в клинику…
— Жаль… Тогда увидимся уже в зале…
Андрей появился буквально за минуту до начала заседания — запыхавшийся после дороги, но собранный как всегда. Кивнул Оксане, быстро разложил бумаги и сделал пометки в своих записях.
Заседание началось.
Судья оказалась молодой женщиной с цепким взглядом и внимательным тоном речи. Она выслушала обе стороны и внимательно изучила документы дела. Дмитрий без юриста выглядел растерянным: путался в датах и несколько раз противоречил сам себе.
— Вы утверждаете, что все вложения в дачу были сделаны исключительно из ваших средств? — уточнила судья строго.
— Ну… преимущественно да… Оксана иногда помогала… но это были мелочи…
Андрей вступил:
— В материалах дела имеются банковские выписки истицы за 2015–2019 годы: переводы ответчику с пометкой «на дачные расходы» составляют триста двадцать семь тысяч гривен; также приложены чеки на стройматериалы общей суммой четыреста двенадцать тысяч гривен — оплата производилась картой истицы; кроме того есть договор подряда на строительные работы с указанием истицы как заказчика работ.
Дмитрий заметно побледнел:
— Это можно объяснить… Я передавал Оксане деньги наличными… а она платила картой… Так было удобнее…
Судья уточнила:
— Есть ли у вас подтверждение передачи наличных средств?
— Нет… Ну мы же семья были… какие документы? Мы доверяли друг другу…
Судья сделала запись у себя в блокноте.
Андрей продолжил:
— Также прошу обратить внимание суда: участок был приобретён на имя истицы ещё в 2008 году; переоформление на ответчика произошло только в 2019-м году — незадолго до развода…
Дмитрий вмешался:
— Это было обоюдное решение! Мы хотели уменьшить налоговую нагрузку!
Юрист кивнул:
— В деле имеется нотариальное согласие истицы на переоформление участка; однако она утверждает: подписывала документ не осознавая юридических последствий этого шага и находясь под влиянием заблуждения относительно намерений ответчика…
Заседание длилось почти два часа подряд. Оксана чувствовала усталость во всём теле, но держалась стойко до конца процесса. Глядя на Дмитрия со стороны зала суда она едва узнавала его: растерянный мужчина напротив был совсем непохож на уверенного красавца из её прошлого…
Судья объявила:
— Суд удаляется для вынесения решения… Оглашение через тридцать минут…
Полчаса превратились почти в три четверти часа ожидания… Оксана сидела неподвижно у стены коридора; Дмитрий нервно шагал туда-сюда вдоль стенки… Один раз подошёл ближе…
— Что бы ни решили… хочу чтобы ты знала… я не со зла… просто обстоятельства сложились так… Марии действительно нужна операция…
Оксана посмотрела прямо ему в глаза:
— А когда ты пытался спасти меня?..
Он ничего не ответил… Лишь молча отошёл прочь…
Когда наконец их пригласили обратно в зал заседаний судья произнесла ровным голосом:
— Суд постановил взыскать с ответчика Дмитрия (Сидорова Виктора Михайловича) денежную сумму размером один миллион двести тысяч гривен в пользу истицы Оксаны (Сидоровой Галины Петровны) как компенсацию её доли имущества – а именно дачного участка с постройками расположенного на территории садового товарищества «Рассвет». Также взыскать судебные расходы по оплате представителя – пятьдесят тысяч гривен…
Оксана сразу даже не осознала победу… Андрей пожал ей руку – говорил о возможности апелляции со стороны ответчика и сроках выплаты – но слова звучали будто сквозь плотную завесу тумана…
Миллион двести… Пусть меньше ожидаемого миллиона четырёхсот – но всё равно победа…
Дмитрий выскочил из зала первым – даже головы не повернул назад… Оксана вышла следом… Постояла немного у стены коридора – пытаясь переварить произошедшее… Руки дрожали – теперь уже от облегчения…