— Завтра подпишешь отказ от квартиры, — процедил Ярослав, бросив на стол какие-то бумаги. — Адвокат уже всё оформил, тебе осталось только расписаться.
— С чего бы это? — я даже не успела допить чай и поперхнулась от неожиданности.
— Бизнесу нужен залог. Без обеспечения серьёзные партнёры не работают.
— Это же квартира моей бабушки! Единственное, что у меня осталось!
— Была, — холодно ответил он. — Завтра в десять у нотариуса. И не вздумай устраивать сцены.
Я смотрела на человека, за которого пятнадцать лет назад пошла под венец. Тогда он дарил мне полевые цветы, потому что на розы не хватало денег. Обещал, что вместе построим счастливую жизнь.
Вечером позвонила Татьяна, моя подруга с детства:
— Слушай, тут такое дело… Видела твоего на Кропивницкой. Он выходил из «Порше» с какой-то крашеной блондинкой. Обнимались прямо посреди улицы.
— Не может быть… Он же в командировке во Львове.
— Оксана, я же не слепая. Машина красная, номер запомнила — три семёрки.
Я отключилась и осталась сидеть на кухне. В памяти всплыли моменты последних месяцев: как Ярослав стал задерживаться допоздна — «работаю над проектом», говорил он. Появился новый аромат духов и сорочки дорогих брендов — такие я точно не покупала ему никогда.
Я набрала его номер:
— Ну как там Львов? Холодно?
— Целый день дождь льёт… Сижу в номере гостиницы, изучаю договор.
— А на Кропивницкой дождя нет?
Наступила тишина. Затем короткие гудки.
Утром меня разбудил звонок из банка:
— Оксана? Вас беспокоит служба безопасности банка. С вашей карты только что сняли триста тысяч гривен. Подтверждаете операцию?
— Какие триста тысяч?! — я вскочила с постели. — Это все мои сбережения!