Ганна нахмурилась.
— Что вы имеете в виду? Кто вы такая?
Небольшая пауза. Затем:
— Я знакома с вашим мужем. Богданом. И мне есть что вам рассказать.
Они встретились в кафе недалеко от станции метро «Проспект Мира». Дарына оказалась высокой, стройной девушкой лет двадцати пяти, с длинными рыжими волосами и нервными руками: то обхватывала чашку с капучино, то теребила салфетку. Ганна молча устроилась напротив и ждала.
— Я не знала, что он женат, — начала Дарына, опустив взгляд. — Честно. Узнала только на прошлой неделе.
Внутри у Ганны что-то болезненно дрогнуло. Она ожидала чего угодно, но не этого. Хотя могла бы догадаться — звонки от незнакомок редко приносят добрые вести.
— Как давно это продолжается? — спросила она спокойно.
— Уже четыре месяца. — Дарына подняла глаза, в которых читалась тревога и просьба о понимании. — Мы познакомились в ноябре на корпоративе его фирмы. Я тружусь в соседнем офисе, нас пригласили вместе… Он сказал, что свободен. Что недавно расстался с девушкой.
Ноябрь… Именно тогда Ганна слегла с простудой и провела неделю дома в постели. Богдан часто задерживался на работе, говорил о завале, отчётах и проверках. А она лежала под одеялом с температурой, пила чай с малиной и старалась не мешать ему своими вопросами.
— Почему вы решили мне позвонить? — Ганна сделала глоток кофе; напиток обжигал язык, но боли она не ощутила.
— Потому что я увидела у него фото… ваше свадебное фото на телефоне, — заговорила Дарына торопливо и сбивчиво. — Он ушёл в душ, телефон завибрировал… Я взяла его посмотреть сообщение… И случайно увидела галерею… Я не рылась специально…
— Понимаю.
— Когда он вернулся, я спросила напрямую. Сначала отрицал всё… Потом признался: сказал, что вы разводитесь. Что всё уже решено и остались лишь формальности… Утверждал даже, будто это вы подали документы первой…
Ганна усмехнулась уголком губ: формально он не солгал — действительно документы подала она сама. Но по срокам всё расходилось: четыре месяца назад они ещё жили как семья — она готовила ему завтраки по утрам, гладила его рубашки перед работой и обсуждала планы на отпуск вдвоём.
— И зачем вы пришли? За одобрением? Или хотите ускорить процесс развода?
— Нет! — покачала головой Дарына резко. — Просто… я подумала: вы имеете право знать правду.
— Спасибо вам за это, — произнесла Ганна искренне. — Теперь мне будет легче объяснить судье причины моего решения развестись.
Девушка виновато прикусила губу:
— Вы злитесь на меня?
— С какой стати? — пожала плечами Ганна. — Вы ведь тоже стали жертвой его лжи… Он обманывал вас так же ловко, как меня раньше.
Они просидели ещё около десяти минут почти без слов. Дарына призналась: после того разговора сразу порвала с Богданом; сказала прямо – не хочет быть чьей-то любовницей; ей стыдно за всё случившееся… Ганна слушала рассеянно – мысли были далеко отсюда.
Удивительно – но боли она почти не ощущала. Будто предательство мужа касалось кого-то другого – не её лично… Возможно потому, что внутренне она уже давно попрощалась с ним окончательно… А может просто устала испытывать чувства вообще…
Домой Ганна вернулась поздним вечером – Богдана дома не было; к счастью – сцен ей сейчас совсем не хотелось видеть или слышать… Она достала ноутбук из сумки и открыла пустой документ: начала составлять перечень имущества для раздела – мебель, техника на кухне и в комнатах, посуда… Всё было куплено вместе – за общие средства… Но спорить она точно ни о чём не собиралась: пусть забирает всё нужное себе… Главное для неё теперь – свобода…
Около двух часов ночи Богдан вернулся домой пьяный: громкий голос выдавал алкогольное опьянение; глаза налиты красным… Заметив её за столом перед ноутбуком – остановился у дверного проёма:
— Работаешь? – усмехнулся он язвительно.
— Пишу список вещей для раздела имущества между нами…
Он прошёл на кухню молча; из холодильника достал бутылку пива… Ганна слышала звук открывающейся крышки и глотков… Через минуту он снова появился рядом:
— Кого-то себе нашла уже? Вот почему так спешишь?..