— Пока еще думаю, — пожал он плечами и отложил телефон в сторону. — Посмотрим, что подойдет лучше всего.
Оксанка обернулась и взглянула на мужа. Богдан снова уткнулся в экран, листая ленту новостей, будто разговор о подарке его совершенно не касался.
Следующие две недели прошли в какой-то странной тишине. Богдан стал отстраненным, словно постоянно витал где-то далеко мыслями. Оксанка пыталась завести с ним беседу, но он будто построил вокруг себя невидимую стену.
— Что-то случилось? — однажды вечером спросила она, заметив мужа сидящим на диване в полном молчании.
— Все нормально, — ответил он тихо, не отрываясь от телефона.
Оксанка садилась рядом, старалась прижаться к нему плечом, но чувствовала только напряжение. Это ранило ее. За три года брака Богдан никогда не был таким закрытым. Она искренне любила его и переживала из-за той дистанции, что возникла между ними.
— Может быть, поговорим? — предлагала она мягко. — Расскажешь мне, что у тебя на душе?
— Потом, Оксанка… Сейчас совсем не соображаю… — отмахивался он устало.
Но это «потом» так и не наступало. Богдан возвращался с работы молчаливым, ел ужин с телефоном в руках и рано ложился спать. Оксанку это тревожило: раньше они делились всем друг с другом — планами на будущее, мыслями о жизни. А теперь муж все чаще разговаривал по телефону со своей матерью.
Вечером в четверг, когда Оксанка занималась ужином на кухне, Богдан неожиданно заговорил:
— Я кое-что решил насчет подарка Никите.
Оксанка подняла взгляд от кастрюли. Наконец-то он затронул тему, которая его так волновала последние дни.
— И что ты придумал? — спросила она спокойно, помешивая овощи в кастрюле.
— Нашел хорошую однокомнатную квартиру, — сказал Богдан и сел за стол. — В новом районе города: удобная планировка и все рядом. Парню восемнадцать лет — пора уже иметь свое жилье.
Оксанка кивнула и начала расставлять тарелки по столу:
— Звучит разумно. Своя квартира всегда лучше съемной.
— Вот именно! Я тоже так подумал! — оживился он наконец-то. — Возьму ипотеку на себя.
— А сколько стоит квартира? — уточнила она между делом, разливая суп по тарелкам.
— Четыре с половиной миллиона гривен. Первоначальный взнос нужен около миллиона… — Богдан внимательно посмотрел ей в глаза. — Проблема только одна: у меня нет таких накоплений сейчас… Поэтому я хотел бы попросить твоей помощи.
Оксанка застыла с половником над тарелкой. Миллион гривен… почти все её личные сбережения…
— Богдан… но у меня нет этих денег уже… — произнесла она тихо и опустилась напротив него за столом.
— Как это нет? — удивился он искренне. — У тебя же почти миллион был на счету!
— Был… месяц назад я передала эти деньги Валентине… маме… Она давно мечтала о даче и нашла подходящий участок с домиком…
Лицо Богдана сразу изменилось: брови нахмурились, губы плотно сомкнулись.
— Ты серьезно?! — резко бросил он. — Значит для своей матери ты деньги нашла без колебаний… а для моего сына их уже нет?
От резкого тона мужа Оксанка вздрогнула всем телом…