— Не успела.
На самом деле — просто не захотела. Как будто в глубине души надеялась, что они ещё вернутся.
За ужином дети без умолку делились впечатлениями: рассказывали о новом детском садике, о кошке у соседей, о мужчине с гитарой, который жил в хостеле.
А сёстры молчали. Тихо ели суп, не обмениваясь взглядами.
— Вкусно, — произнесла Анастасия.
— Спасибо. Как дела на работе?
— Всё нормально. Повысили.
— Правда? Это замечательно.
Разговор не складывался. Между ними зияла пропасть — одно-единственное слово: «нахлебница».
После ужина дети устроились смотреть мультики. Анастасия мыла посуду, рядом стояла Оксана и вытирала тарелки.
— Как у вас там в коммуналке? — поинтересовалась она.
— Привыкли уже. Дети освоились.
— А ты сама?
Анастасия пожала плечами:
— Мне важно, чтобы детям было хорошо.
Дети — всегда на первом месте. Но разве себя совсем не жалко?
— Настя… а если бы я предложила… — начала Оксана и осеклась.
— Что именно предложила?
— Да так… ерунду какую-то…
Но Анастасия внимательно посмотрела на неё и всё поняла без слов.
— Оксан, мы не можем вернуться. Слишком многое было сказано тогда.
— Я понимаю…
— И ты ведь была права. Мы действительно мешали вам жить. Сейчас я это осознаю.
— Нет… вы не мешали…
— Мешали, Оксана. По-настоящему мешали вам тогда…
Повисла тишина. Из гостиной доносился смех детей и звуки мультфильма.
И вдруг Оксана прошептала:
— Я скучаю…
Анастасия замерла с тарелкой в руках:
— По чему именно скучаешь?
Оксана опустила взгляд:
— По вам всем… По детям… По тому времени, когда квартира была наполнена жизнью…
А теперь она пустая?
Оксана задумалась. Да… наверное, пустая…
— Сейчас слишком тихо стало… — произнесла она тихо.
И тут из гостиной раздался грохот: младший заплакал, средний закричал:
«Это не я!»
Анастасия рассмеялась:
— Ну вот видишь! Уже не скучаешь!
Но Оксана не смеялась вместе с ней — она бросилась к детям. И впервые за долгие недели почувствовала облегчение на душе… такое лёгкое чувство…
На столе остался лежать листок бумаги: средний нарисовал дом и подписал неровными буквами: «Тётя Оксанин дом. Там хорошо.»
«Там хорошо…» Простые слова… а сколько в них смысла…
Может быть, действительно стоит попробовать снова? Но как сказать это сестре? Как попросить прощения за то, что кажется непростительным?
За окном сгущались сумерки. Скоро Анастасии нужно будет собирать детей обратно — в коммунальную квартиру… туда, где началась их вынужденная жизнь…
Оксана смотрела на племянников и думала: а вдруг это последний шанс что-то изменить?
Когда дети уснули прямо на диване под пледом, она тихо сказала:
— Настя… останьтесь сегодня здесь… Пусть спят…
Анастасия поправляла одеяло младшему:
— Нет… Разбудим их потом…
Оксана мягко повторила:
— Просто останьтесь…
Анастасия выпрямилась и посмотрела ей прямо в глаза:
— Мы ведь договаривались только поужинать…
Оксана кивнула:
— Да… но я передумала…
Анастасия нахмурилась:
— Что ты имеешь в виду?
Оксана присела рядом с ней на край дивана — туда, где раньше спала сестра с детьми:
— Я хочу, чтобы вы вернулись домой… Все вместе… Навсегда…
Наступила тишина такая глубокая, что слышно было только дыхание спящих детей рядом.
Анастасия прошептала:
— Ты даже не представляешь себе последствий…
Оксана покачала головой:
— Наоборот… впервые за месяц я понимаю всё очень ясно…
Анастасия вздохнула тяжело:
― А завтра? Завтра ты снова устанешь от нас всех… Снова начнёшь злиться…
― Может быть… но больше никогда вас отсюда не прогоню…
Сестра покачала головой недоверчиво:
― Нельзя жить из жалости…
― Это не жалость… Это любовь…
Слово повисло между ними невидимой нитью ― «любовь». Когда они последний раз говорили об этом вслух?
― Я раньше думала: любовь ― это когда порядок кругом… чистота… тишина… всё по местам ― продолжила Оксана тихим голосом ― А оказалось – любовь совсем другая… Она там, где живут по-настоящему… шумят… спорят… смеются вместе… Где семья настоящая живёт рядом друг с другом…