— Ты видел, как она передавала деньги тому парню. Я уверена, ты это заметил.
Он отвёл глаза в сторону.
— Не хочу влезать. Ганна — не та, с кем стоит связываться.
Вдруг в его кармане завибрировал телефон. Он вздрогнул, достал аппарат, глянул на экран. Лицо стало бледным.
— Извини. Мне нужно идти.
Он поспешно скрылся, не оборачиваясь. Я осталась на лестничной площадке с блокнотом в руках. Доверять здесь нельзя никому — только записям.
В парке было тихо: журчание фонтана смешивалось с птичьим щебетом, за столиками на открытой веранде неспешно пили кофе. Я заказала эспрессо — крепкий и терпкий — и стала ждать. Богдан опоздал, сел напротив, даже не сняв куртки.
— Что тебе нужно?
— Только правда. Не подачки и не пустые слова. Настоящая правда, подтверждённая фактами.
Он начал медленно мешать ложкой в чашке.
— Ты не понимаешь всей опасности. У Ганны серьёзные связи.
— Меня это не волнует. Скажи мне то, что знаешь сам.
Он посмотрел куда-то вдаль, на струи фонтана.
— Да… Видел я её с тем парнем. Она передавала ему деньги и что-то говорила про анализы… вроде хотела помешать чему-то…
— Ты готов подтвердить это официально?
Он замолчал на мгновение. Телефон снова завибрировал у него в кармане — он взглянул на сообщение и побледнел ещё сильнее.
— Нет… Прости меня… Я не могу этого сделать…
Он поднялся и ушёл прочь, оставив меня одну с остывшим кофе. Я смотрела на воду фонтана и кружившие над ней листья. Все боятся её… Но я больше не могу молчать.
Позже вечером я вернулась домой. Ганна сидела за кухонным столом с телефоном в руках; Иван стоял у окна, задумчиво глядя наружу.
— Опять встречалась с кем-то? — Иван повернулся ко мне лицом. — Ты собираешь доказательства против нас?
— Я ищу правду.
Ганна подняла взгляд от экрана:
— Все знают твою страсть к скандалам… Хочешь разрушить нашу семью ради своих выдумок?
Раздался звонок телефона Ивана; он ответил быстро, слушал молча… Потом лицо его посерело ещё больше — он положил трубку:
— Соседи говорят, ты всем рассказываешь про тесты… Мы становимся посмешищем!
— Это неправда! Никому ничего не говорила!
— Врёшь! — Он ударил кулаком по столу так сильно, что посуда дрогнула. — Ты хочешь развалить всё! Подставляешь Максима!
Максим появился у дверей комнаты и испуганно посмотрел на нас своими большими глазами. Я присела к нему:
— Иди поиграй немного… Всё хорошо…
Мальчик ушёл обратно в комнату. Я выпрямилась и посмотрела Ивану прямо в глаза:
— Именно ради Максима я всё это делаю… Поэтому требую официального анализа!
Ганна резко поднялась со стула:
— Ты за это заплатишь…
Я вышла на балкон: холодный ветер хлестнул по щекам; пальцы впились в металлические перила решётки; город под ногами мерцал огнями… где-то вдали звучала сирена…