У тебя и без того всё есть. А у брата — одни амбиции да потрёпанная машина. Ты ведь его любишь? Или тебе жаль для мужа каких-то акций?
В этот момент в проёме показался Антон. Он выглядел растерянным и старательно избегал взгляда жены.
— Девочки, что за спор с самого утра?
— Да вот, Антон, пытаюсь объяснить твоей супруге, что семья — это когда всё общее, — с колкой усмешкой произнесла Марта, поднимаясь. — Пойду приму душ, а вы спокойно обсудите. Родственные связи, как ни крути, важнее квадратных метров.
Она вышла, оставив за собой аромат дорогих духов и тяжёлое, липкое ощущение тревоги. София смотрела на мужа с надеждой, что сейчас он усмехнётся, притянет её к себе и скажет, что сестра говорит глупости. Но Антон молчал. Подойдя к перилам террасы, он уставился вдаль, будто изучал линию горизонта.
— Ты действительно обсуждал с ней мои деньги, Антон? — тихо спросила София.
— София, только не начинай. Марта хочет как лучше. Она переживает о нас. Сейчас у нас непростой период с финансами, а твои новые возможности могли бы… — он осёкся на полуслове.
— Мои возможности — это память о Мария, — жёстко перебила София. — И я не позволю твоей сестре вмешиваться в мою жизнь.
— Да никто не вмешивается, она просто предлагает! — голос Антона неожиданно стал громче. — Ты всегда была такой… расчётливой. Для тебя документы важнее чувств близких. Марта права: ты боишься делиться влиянием, которое дали тебе эти деньги.
София смотрела на него и не узнавала. Куда исчез тот мужчина, что поддерживал её в начале пути, когда она только развивала своё дело? Где тот, кто клялся защищать её от любых бед? Перед ней стоял почти незнакомый человек, и его слова звучали в унисон с ядовитым шёпотом сестры.
Трещина в её хрустальном замке стала заметно шире. София ясно осознала: это уже не обычная утренняя ссора. Это начало борьбы за её личные границы, за уважение и за память о Мария. И в этой борьбе она, похоже, осталась одна.
— Я уеду в город на весь день, — холодно произнесла она, складывая бумаги. — Надеюсь, к вечеру в этом доме вспомнят, кто здесь хозяйка, а кто всего лишь гостья.
Садясь за руль, София почувствовала, как предательски дрожат пальцы. Она ещё не догадывалась, что главный ход Марта приготовила к ужину, собираясь поднять тему «справедливого перераспределения» семейного капитала.
Город встретил София сыростью и тяжёлым серым небом, будто отражая её внутреннее состояние. День прошёл словно в тумане: она действовала почти автоматически. Встреча с нотариусом, оформление последних документов, затем визит к юристу. Давний знакомый и семейный адвокат Виктор внимательно выслушал её сбивчивый рассказ о случившемся утром.
— София, запомни самое важное, — его деловой, суховатый тон помог ей собраться. — Наследство — это твоё личное имущество. При разводе оно разделу не подлежит. Но если ты вложишь средства в бизнес мужа или, тем более, перепишешь недвижимость на его родню, контроль будет утрачен.
Он сделал паузу и пристально посмотрел на неё, словно подчёркивая значимость сказанного.
— И главное — не поддавайся на эмоциональный шантаж.