Его бывшая супруга, та самая Мария, тогда с пугающей легкостью растоптала ему сердце: собрала чемоданы и перебралась к более состоятельному и «перспективному» мужчине, оставив Романа один на один с кредитами, оформленными на ее бесконечные «хочу».
Оксана стала для него опорой во всём — и спасательным кругом, и личным психологом, и наставником, и трамплином в карьере. По характеру она была лидером: рассудительная, независимая, с железной деловой хваткой. Жаловаться Оксана не умела — вместо этого она действовала.
Она погасила его задолженности, потому что «мы же семья». Настояла на профильных курсах, собственноручно составила для него резюме, часами прогоняла возможные вопросы для собеседований, подбирала подходящие костюмы. По сути, именно она шаг за шагом сформировала того уверенного и успешного мужчину, которым Роман является сейчас.
Но стоило ему твёрдо встать на ноги, как на горизонте вновь появилась Мария. Тот самый «перспективный» оказался домашним тираном и в итоге выставил её за дверь. Мария возникла на пороге бывшего мужа с заплаканными глазами, безупречной укладкой и драматичным рассказом о том, как несправедливо обошлась с ней судьба.
И Роман дрогнул. По натуре ведомый, рядом с Оксаной он всегда ощущал себя младшим в их союзе. Как бы она ни старалась сглаживать углы, оба понимали, кто в доме двигатель. А вот рядом с растерянной Марией, хлопающей ресницами и звонящей в слезах то из‑за прорванной трубы, то из‑за сломанного каблука, он внезапно почувствовал себя всесильным спасителем.
Эта роль пришлась ему по вкусу. Оказалось, что вытаскивать «беспомощную» женщину куда приятнее для мужского самолюбия, чем соответствовать высокой планке сильной и самодостаточной жены.
А Оксана… В первые месяцы после развода она буквально собирала себя заново. Возвращаясь в опустевшую квартиру, сползала по стене в ванной и рыдала на холодной плитке. Утром же приводила себя в порядок ледяной водой, облачалась в безупречный костюм и ехала руководить подчинёнными.
Будто ничего и не произошло — так вели себя окружающие. Родные не спешили поддержать. Свекровь сухо заметила по телефону: «Ну, ты-то у нас сильная, Оксана, не пропадёшь. А Мария совсем одна, Роман поступил как порядочный человек».
Подруги лишь разводили руками: «Оксан, поплачешь и дальше пойдёшь деньги зарабатывать, ты же кремень». Право быть слабой ей словно не полагалось.
Но однажды утром, варя себе кофе в идеальной тишине, она вдруг ясно почувствовала, что внутри что‑то изменилось.