Екатерина только повернула ключ в замке, как из кухни донёсся голос Богдана. В его интонации чувствовалась неестественная напряжённость, словно он заранее отрепетировал эту реплику. Поставив сумку на тумбу у входа, Екатерина направилась на кухню. Там Богдан стоял у окна и смотрел куда-то вдаль.
— Слушай… а у нас в гостевой кто-нибудь живёт? — спросил он, не оборачиваясь.
Екатерина удивлённо приподняла брови. Комната для гостей пустовала с тех самых пор, как они заселились сюда после свадьбы полгода назад. Квартира досталась Екатерине по наследству от Марии — её бабушки. Просторные три комнаты в старом доме в самом центре Кропивницкого: высокие потолки, паркетный пол — всё это было ей особенно дорого. Каждый уголок напоминал о детстве и о любимой бабушке.
— Нет, конечно. А что случилось? — она открыла холодильник и начала доставать продукты.
Богдан наконец повернулся к ней лицом. В его выражении смешались вина и решимость.
— Понимаешь… Дарине сейчас совсем тяжело. Съём жилья обходится дорого, а денег почти нет. Может быть, она временно поживёт у нас? Пока не найдёт себе что-то подходящее?
С пакетиком молока в руках Екатерина застыла на месте. Дарина — младшая сестра Богдана. Они виделись всего пару раз: высокая девушка лет двадцати пяти с постоянной тенью недовольства на лице. Екатерине запомнилось, как во время новоселья Дарина ходила по квартире с оценивающим взглядом, трогала мебель и задавала вопросы о стоимости вещей.
— Временно? Это насколько? — уточнила она.
— Ну… месяц или полтора максимум, — пожал плечами Богдан. — Пока работу не найдёт. Ей действительно негде остановиться: хозяйка выгнала из квартиры за долги.
Екатерина поставила молоко на столешницу.
— Богдан, мы ведь договаривались жить вдвоём…
— Я понимаю тебя, правда понимаю, — он подошёл ближе и взял её за руки. — Любимая, это ненадолго совсем… Она же моя сестра! Я не могу оставить её без крыши над головой… Ты ведь добрая у меня…
Добрая… Это слово всегда звучало как ловушка: если откажешь — значит бессердечная и жестокая. Екатерина тяжело вздохнула.
— Только месяц… И пусть серьёзно займётся поиском работы.
— Конечно! — лицо мужа озарилось улыбкой. — Спасибо тебе огромное! Я знал: ты поймёшь!
«Я знал»… Значит, уже обсуждали это до её согласия… Неприятный осадок остался внутри, но Екатерина решила не устраивать сцену: месяц пролетит быстро.
Через три дня Дарина появилась на пороге с огромным чемоданом, двумя сумками и несколькими коробками под мышкой. Екатерина наблюдала за тем, как та волочит вещи в гостевую комнату; внутри всё неприятно сжалось: переезд совсем не выглядел временным.
— Ну вот! Располагайся! — Богдан похлопал сестру по плечу. — Только постарайся порядок соблюдать!
— Да я аккуратная вообще-то! — Дарина сбросила куртку прямо на кресло и огляделась вокруг комнаты с интересом. — Тут уютно… А можно телевизор сюда перенести?
— Телевизор общий стоит в гостиной, — поспешила ответить Екатерина.
Дарина скривилась недовольно, но промолчала в ответ. Екатерина ушла на кухню готовить ужин; Богдан остался беседовать с сестрой в комнате напротив: доносились смех и разговоры о знакомых людях из прошлого. Нарезая овощи для салата, Екатерина жалела лишь об одном: надо было настоять на своём раньше… Теперь уже поздно что-то менять.
Первые семь дней ещё можно было терпеть: Дарина вставала ближе к обеду и бродила по квартире в халате с чашкой кофе в руках; сама же Екатерина уходила рано утром на работу и возвращалась вечером вымотанная до предела… А дома её встречали немытая посуда в раковине да разбросанные вещи гостьи повсюду – кофточка валяется на диване или журналы раскиданы по столу…
— Богдан… поговори со своей сестрой пожалуйста… Пусть убирает за собой хотя бы немного…
— Да брось ты! Она просто привыкает пока ещё… Не придирайся зря…
«Не придирайся»… Сжав губы от раздражения, Екатерина пошла перемывать чужие тарелки сама…
На второй неделе начались новые сложности: каждое утро ванная оказывалась занята именно тогда, когда нужно было собираться ей самой; сколько ни стучи – вода шумит так громко внутри – ничего не слышно; просишь освободить раньше – кивает равнодушно… а утром всё повторяется снова…
— Она нарочно делает? — спросила однажды вечером Екатерина у мужа.
— Да нет же… Просто не задумывается об этом особо… Я поговорю…
Но либо разговора вовсе не было – либо он ничего не изменил…
К концу месяца стало очевидно: Дарину даже близко не интересует поиск работы – ни резюме она не отправляла никому, ни собеседований никаких… Целыми днями сидела дома перед экраном телевизора или болтала часами по телефону со своими подругами…
Иногда даже приглашала их к себе домой – девушки приходили…