– Нашей семье требуется более просторное жильё, поэтому ты продаёшь свою долю в наследстве, – заявил Алексей, не обратив внимания на сестру.
Он стоял у окна кухни в доме в Каролино-Бугазе, рассматривая яблоневые деревья в саду.
Тамара застыла с чашкой в руках.
Брат не стал спрашивать – он просто сообщил о решении. – Подожди, что значит «продаю»?
Мы же даже не обсуждали, что делать с домом. – А что обсуждать? – повернулся к ней Алексей. – У меня семья, двое детей, нам нужно нормальное жильё.
А ты одна, тебе и однокомнатной квартиры достаточно. – Алексей, но это наследство от бабушки.
Общее.
Она оставила дом нам обоим. – Именно, обоим!
И я, как совладелец, имею право на свою часть.
Но покупатель хочет приобрести весь дом, а не половину. – Какой ещё покупатель? – Тамара поставила чашку на стол, пролив немного чая. – Ты уже нашёл покупателя? – Конечно.
Мой старый знакомый Владимир Соколов.
Он давно интересовался этим районом, и я сразу вспомнил о нём, когда… – Алексей замолчал. – Когда узнал о наследстве? – Тамара внимательно посмотрела на брата. – Алексей, бабушка умерла всего две недели назад, а ты уже собираешься продавать дом? – Не драматизируй, – поморщился брат. – Ты ведь почти не приезжала сюда последние два года.
А теперь хочешь казаться хранительницей памяти?
Мы с Ириной ухаживали за бабушкой, между прочим.
Так что я уверен, что она была бы не против. – Я не могла часто приезжать, ты же знаешь, что у меня напряжённая работа, постоянные дедлайны… – Всегда найдётся оправдание, – перебил Алексей. – В общем, Владимир приедет через неделю с документами и деньгами.
Твоя доля – миллион восемьсот тысяч гривен.
Хорошие деньги, на первый взнос за квартиру хватит. – За весь дом три с половиной миллиона? – Тамара вскочила со стула. – Ты серьёзно?
Здесь один участок столько стоит! – Не преувеличивай.
Дом старый, требуется капитальный ремонт.
Коммуникации изношены.
Печное отопление.
Владимир вложит немало средств, прежде чем здесь можно будет жить.
Тамара покачала головой: – Я не готова принять решение прямо сейчас.
Мне нужно время, чтобы обдумать. – Думай быстрее, – направляясь к выходу, сказал Алексей. – У Владимира есть и другие варианты, он не станет ждать.
Приедешь в следующую субботу подписывать документы.
Когда дверь за ним захлопнулась, Тамара опустилась на стул и осмотрела кухню.
Старая мебель, выцветшие обои в цветочек, которые бабушка наклеила ещё в начале двухтысячных, скрипучий паркет…
Но этот дом был для неё особенным.
Здесь прошло её детство, каждое лето до окончания школы.
Именно здесь бабушка учила её печь пироги и рассказывала истории о прадедушке, который построил этот дом.
Тамара решила провести выходные в доме в Каролино-Бугазе, чтобы разобрать вещи и тщательно всё обдумать.
Она открывала шкафы, перебирала старые фотоальбомы, письма, документы.
В субботу утром, когда она разбиралась с содержимым серванта, в дверь постучали.
На пороге стоял высокий мужчина с инструментами в руках. – Доброе утро, – приветливо улыбнулся он. – Я Виктор, сосед через два дома.
Пришёл починить крыльцо, как обещал Нине Васильевне. – Бабушке? – удивилась Тамара. – Но она… – Я знаю, – тихо ответил Виктор. – Мои соболезнования.
Просто я дал слово, что сделаю.
А слово нужно держать, даже если человека уже нет.
Тамара отступила, пропуская его в дом. – Я Тамара, внучка Нины Васильевны. – Да, я вас помню, – кивнул Виктор. – Вы приезжали прошлым летом, но ненадолго. – Вы помогали бабушке? – По мере сил.
Забор подправить, лампочку заменить.
Последние два года ей было трудно справляться с хозяйством. – Спасибо вам, – искренне сказала Тамара. – Хотите чаю?
За чашкой чая они разговорились.
Виктор оказался инженером-строителем, трудился в строительной фирме, занимался проектированием жилых домов. – Ваш брат уже начал ремонт, я вижу, – заметил он, указывая на коридор, где валялись ободранные куски обоев. – Ремонту? – удивилась Тамара. – Мы собираемся продавать дом, о каком ремонте идёт речь? – Странно, – нахмурился Виктор. – Алексей приезжал с каким-то мужчиной две недели назад, они обмеряли комнаты, обсуждали перепланировку.
Алексей говорил, что они с женой будут здесь жить.
Тамара поставила чашку на стол. – Две недели назад?
Это же сразу после похорон… – Да, примерно так, – кивнул Виктор. – На следующий день приехала бригада строителей, начали снимать обои, но потом внезапно всё свернули и уехали.
Тамара задумалась.
Что-то не сходится.
Зачем Алексей начал ремонт, если планировал продавать дом?
Может, он изначально хотел здесь остаться, но потом изменил планы?
Или он что-то скрывает? – Виктор, как профессионал, можете оценить состояние дома?
Насколько он пригоден для жизни? – С удовольствием, – Виктор отложил чашку. – Давайте осмотрю и всё расскажу.
Два часа они обходили дом и участок.
Виктор заглядывал на чердак, спускался в подвал, простукивал стены, проверял проводку. – Знаете, Тамара, ваш дом в прекрасном состоянии для своих лет, – наконец высказался он. – Фундамент крепкий, стены без трещин, крышу недавно перекрывали – я помогал вашей бабушке нанимать кровельщиков три года назад.
Да, полы местами скрипят, проводку лучше заменить, окна устарели.
Но это не капитальный ремонт, а косметический. – А сколько, по-вашему, может стоить такой дом?