Он набрал её номер глубокой ночью. Почти не приходя в себя, она подняла трубку. Давно уже перестала надеяться, но стоило ему произнести её имя — сон исчез мгновенно. Голос она узнала сразу. Он попросил о встрече, и отказать она не смогла…
Богдан появился примерно через полчаса — измотанный, раздражённый и голодный. Ни цветов, ни сладостей — лишь бутылка коньяка, которую, вероятно, захватил по дороге, решив, что у неё найдётся всё, кроме спиртного.
— Привет, — произнёс он, переступая порог и обнимая её так, будто они муж и жена, расставшиеся всего лишь утром.
— Привет, — тихо ответила она. Щёки предательски горели, и Дарина мысленно корила себя за слабость. Не следовало открывать дверь. Сейчас он выговорится, согреется её заботой, напитается вниманием — и снова упорхнёт, как делал уже не раз, отправившись искать свой «идеальный» типаж.
Дарина прекрасно понимала: она не соответствует его вкусам. Единственным её преимуществом была безусловная покорность, рождённая столь же безусловной любовью.

Однажды ему даже стало перед ней неловко. Настолько, что он решил устроить её судьбу — познакомил с приятелем, мечтавшим о верной супруге. Внешность для того не была главным критерием, но, увидев Дарину, он откровенно заинтересовался.
Вот только Дарина отвергла его, а на Богдана потом долго сердилась.
— Зачем ты так со мной? — шептала она, уклоняясь от его поцелуев.
— Да не обижайся ты, я же хотел как лучше, — оправдывался Богдан. — Ты одна, он один. Отличный парень, я его сто лет знаю! Ну, Дарина, ну прости дурака.
Дарина тяжело вздыхала — и прощала.
А потом Богдан снова исчезал, надолго задерживаясь у чужих «кисельных берегов», словно забывая о её существовании. А она продолжала ждать… просто ждать.
Он дважды вступал в брак, и оба раза всё заканчивалось крахом. И каждый раз, потерпев неудачу, он возвращался за утешением к ней — к Дарине.
— Да что ж ты за (неумная женщина) такая, — возмущалась её единственная подруга Оленька, — он же из тебя верёвки вьёт! Найди себе нормального мужчину, который будет по‑настоящему тебя любить!
— Он и так меня любит! Потому и возвращается, — горячо вступалась за Богдана Дарина. — Я знаю, со мной он счастлив!
— Настолько счастлив, что с утра, не забыв, разумеется, позавтракать, мчится на поиски новой юбки. А ты потом, как (неумная женщина), месяцами его дожидаешься!
— Оленька, прошу, не добивай… Мне и без того тяжело, — шептала Дарина, и в её глазах дрожали слёзы.
И ведь действительно, внешность у неё была привлекательной, и на это многие обращали внимание.
