— О, мои красавицы! Целы? Квартира на месте? — он попытался обнять Оксану, но она отстранилась.
— Привет, папа, — Дарина вышла из комнаты с рюкзаком за спиной. Она выглядела спокойной, но в её взгляде сквозила взрослая серьёзность. — Ты отвезёшь меня к бабушке? Мама написала, что приедет только завтра.
— К бабушке? Ну… можно. Слушай, Оксана, может, она ещё немного побудет у нас? У меня голова трещит, за руль садиться не хочется.
— Нет, Богдан, — твёрдо произнесла Оксана. — Ты вызовешь такси и отвезёшь дочь к бабушке. Немедленно.
— Да что ты так вспыхнула? — нахмурился он. — Я устал. Разве не могу немного отдохнуть у себя дома?
— В моём доме, — спокойно и чётко поправила его Оксана. — В моём доме, Богдан. И это как раз тот момент, который я слишком долго игнорировала.
Богдан моргнул в замешательстве; лицо его покрылось пятнами раздражения.
— Ты о чём вообще? Из-за того что я с ребятами посидел?
— Нет. Из-за того что ты оставил свою дочь с женщиной, которую она считает врагом, и ушёл пить. Из-за того что она плакала ночью от одиночества, пока ты праздновал чужого ребёнка. Потому что ты больше не отец и не муж. Ты стал обузой, Богдан.
В прихожей повисло молчание. Дарина смотрела на Оксану широко раскрытыми глазами. В этом взгляде уже не было злости — только удивление и… возможно уважение.
— Собирайся, Богдан. Пока будешь везти Дарину к бабушке — подумай хорошенько: где тебе сегодня ночевать. Обратно сюда ты больше не вернёшься.
— Ты серьёзно сейчас? — он попытался усмехнуться, но улыбка вышла натянутой и жалкой. — Это всё женские истерики… Покричишь и остынешь.
— Я давно поменяла замки внутри себя… просто ты этого даже не заметил, — тихо сказала Оксана с загадочной интонацией; хотя на самом деле уже решила вызвать слесаря сразу после их ухода из квартиры. — Дарина, одевайся. Папа вызовет такси.
Когда они выходили из квартиры, Дарина задержалась у двери и оглянулась на Оксану.
— Спасибо за какао… тётя Оксана… И прости за суп…
Оксана кивнула ей в ответ; в горле стоял комок от эмоций.
— Береги себя, Дарин… И помни про «горячую картошку». Не бери чужое…
Дверь захлопнулась за ними. Оксана осталась одна в квартире. Тишина окутала пространство вокруг неё – но это была уже не та пугающая пустота одиночества… Это была тишина освобождения. Она подошла к окну и распахнула форточку: морозный воздух ворвался внутрь вместе с ощущением свободы – впервые за долгое время она вдохнула полной грудью.
Жизнь начиналась заново – без тех людей рядом… кто её недооценивал или просто мешал жить по-настоящему свободно.