– Хорошо, – буркнул он. – Поговорю с ней. Объясню, что так не получится.
Екатерина не поверила, но молча кивнула. Остаток вечера прошёл в гнетущем молчании. Сергей что-то печатал в телефоне, хмурился, тяжело вздыхал, но к разговору больше не возвращался.
Субботнее утро началось вовсе не с солнечных лучей или пения птиц, а с настойчивого и раздражающего звонка в домофон. Екатерина только проснулась и лениво потягивалась в постели. На часах было девять утра.
– Кто бы это мог быть? – прошептала она, хотя уже догадывалась.
Сергей вскочил с кровати и поспешно натягивал спортивные штаны.
– Наверное, ошиблись номером… – пробормотал он неуверенно, избегая смотреть жене в глаза.
Домофон зазвонил снова — длинный и резкий сигнал резанул по нервам. Затем зазвонил мобильный Сергея.
– Да, Оксанка? – ответил он на звонок, бросая виноватый взгляд на Екатерину. – Мы же договаривались… Я тебе писал… Ну нельзя так!
Из трубки доносились такие громкие вопли, что Екатерина могла различить каждое слово даже из другого конца комнаты:
– Мне всё равно! Я уже у подъезда! У меня запись! Не могу отменить! Забирай племянников немедленно! Не откроешь — маме позвоню!
Сергей беспомощно посмотрел на жену.
– Катя… Она уже здесь. Что мне делать? Не оставлять же детей на улице?
Внутри у Екатерины что-то надломилось — та самая тонкая нить терпения, на которой держался их брак последние годы. Она молча поднялась с постели и направилась в ванную комнату. Закрыв дверь на защёлку, включила воду погромче — чтобы заглушить звуки шагов мужа к домофону и щелчок кнопки вызова.
Через несколько минут квартира наполнилась хаосом: топот четырех детских ног, визгливые голоса близнецов — что-то грохнулось в прихожей и тут же раздался плач.
– Дядя Сергей! А у тебя есть конфеты?
– Где кот? Мы хотим кота!
– Фу! Чем тут пахнет? Я кашу есть не буду!
Екатерина стояла перед зеркалом и наносила крем на лицо дрожащими руками. Из прихожей доносился голос Оксанки:
– Так! Заберёшь их в пять вечера. Еду я положила им сама — но проверь там ещё раз: может быть Екатерина блинов напечёт. И сладкого много не давайте — у Ивана диатез! Всё-всё-всё! Я побежала! Целую!
Хлопнула входная дверь — Оксанка исчезла так же стремительно, как появилась.
Екатерина вышла из ванной уже полностью собранной: джинсы, свитер, лёгкий макияж и сумка через плечо. В прихожей царил полный беспорядок: пятилетние Иван и Никита успели раскидать всю обувь из полки и теперь пытались натянуть её сапоги себе на ноги. Сергей метался вокруг них растерянно.
– Катя… Ты куда собралась? – спросил он при виде жены.
– Я ведь предупреждала заранее: врач сначала, потом прогулка… Может быть кино вечером посмотрю.
– В смысле?! – глаза Сергея округлились от удивления. – А я? А дети? Мне надо ехать в сервис — запись строго на одиннадцать! Если пропущу — следующая очередь через две недели!
– Это твои заботы… И заботы твоей сестры тоже. Вы договорились между собой — вот вы этим и занимайтесь дальше. Я вчера ясно сказала: «Нет».
– Катя… Ты не можешь так просто уйти! – голос мужа задрожал от отчаяния. – Один я с ними не справлюсь… Да ещё машину чинить надо… Побудь хотя бы до обеда…
– Дядя Сергей!!! Пить хочу!!! – закричал один из мальчиков и потянул его за штанину.
– А Никита меня ущипнул!!! – завопил второй сквозь слёзы.
Екатерина окинула взглядом этот хаос: муж выглядел так, будто вот-вот потеряет сознание от перегрузки; дети носились по квартире как ураган… Но вместо привычного чувства жалости внутри вдруг возникло странное облегчение — как будто груз чужих обязанностей наконец упал с плеч.
– Ключи от гаража лежат на тумбочке у входа… Если решишь ехать вместе с ними… В холодильнике пусто — я ничего не готовила… Закажешь пиццу… Вернусь поздно…
Она вышла из квартиры и захлопнула за собой дверь прежде чем кто-либо успел возразить или остановить её шаги.
На улице дождь уже закончился; сквозь облака пробивалось бледное осеннее солнце. Екатерина глубоко вдохнула влажный воздух города и почувствовала себя беглянкой со ссылки: свободной впервые за долгое время. Телефон завибрировал в сумке — звонила Лариса.
Она замешкалась всего мгновение… Затем перевела телефон в беззвучный режим: сегодня никаких разговоров ни о чём важном быть не должно было вовсе.
День оказался удивительно лёгким: она действительно сходила к мануальному терапевту — тот аккуратно вправил ей спину; потом долго сидела в уютном кафе с чашкой капучино под пушистой пенкой; читала книгу без постоянных перерывов вроде «где мои носки» или «что готовим». Позже заглянула в кинотеатр посмотреть лёгкую комедию — смеялась искренне до слёз…
Домой вернулась уже затемно — около девяти вечера; сердце немного тревожно ёкнуло: как они там? Жива ли ещё квартира?
Внутри было подозрительно тихо… В прихожей по-прежнему валялась обувь; на кухонном столе стояла открытая коробка от пиццы рядом с пустыми бутылками газировки; а в гостиной среди разбросанных игрушек спал Сергей прямо на диване под негромко работающим телевизором без звука…
Екатерина прошла дальше…