Ключ провернулся в замке, и Мария застыла с ножом в руке над недочищенной картошкой — она бы узнала эти шаги среди тысячи. Это были не лёгкие, стремительные шаги Романа, который обычно врывался домой как вихрь. Нет, сейчас по коридору шли уверенно и неторопливо — так ходила только свекровь. Галина никогда не звонила заранее и не считала нужным предупреждать о визите. У неё был собственный ключ — подарок от сына на новоселье, о котором Мария узнала уже постфактум.
— Что за беспорядок? — раздался голос свекрови ещё из прихожей. Мария услышала, как та снимает пальто, аккуратно вешает его на крючок и переобувается в свои тапочки, которые всегда стояли у них у двери.
Мария оглядела кухню: чистая поверхность стола, вымытая посуда, аккуратно нарезанные овощи для ужина. Где же тут бардак? Она не успела додумать мысль до конца, как Галина уже появилась на пороге кухни с руками, скрещёнными на груди.
— Картошку чистишь? В шесть вечера? Роман через час придёт голодный, а у тебя ещё ничего не готово!
— Галина, я всё сделаю вовремя. Роман любит еду горячую и свежую прямо к столу, — стараясь говорить спокойно, ответила Мария. Но пальцы её невольно крепче сжали нож.
— Роман предпочитает видеть рядом хозяйственную жену, а не ленивицу без толку! — свекровь прошла мимо к холодильнику и заглянула внутрь. — Опять эти глупые йогурты купила? Деньги только зря тратишь! Надо брать нормальную сметану — домашнюю! Я своему сыну всегда такую приносила.
Мария промолчала. За три года она научилась терпеть молча. Научилась игнорировать бесконечные замечания и сравнения. Свекровь появлялась у них дома минимум трижды в неделю — без звонка и без приглашения. Она переставляла вещи по-своему, критиковала блюда и раздавала советы по уборке так уверенно, будто жила здесь сама всю жизнь. А Мария чувствовала себя гостьей при любимом сыне хозяйки.
— Кстати говоря… — Галина захлопнула дверцу холодильника и повернулась к ней лицом. — Завтра суббота. Я приеду к девяти утра — займёмся генеральной уборкой.
— Завтра? — переспросила Мария с удивлением подняв голову. — Но мы с Романом собирались…
— Ваши планы меня мало волнуют! — резко перебила её свекровь. — В квартире такой бардак творится, что стыдно перед людьми! Окна грязные насквозь, шторы пыльные… Я своего сына жить в таком хлеву не оставлю!
Марии хотелось возразить: окна она мыла всего пару недель назад; шторы стирала совсем недавно; они с Романом собирались выехать за город отдохнуть вдвоём… Но слова застряли где-то глубоко внутри горла. Она знала продолжение этой сцены: Галина позвонит сыну; тот скажет: «Мамочка ну зачем ты так», она обидится; он начнёт чувствовать себя виноватым… И виноватой снова окажется Мария. Всё повторялось по кругу.
— Хорошо… — тихо произнесла она.
Свекровь удовлетворённо кивнула: ей вновь удалось добиться своего.
Позже вечером Роман вернулся домой. Пока он ужинал на кухне её котлетами с пюре из той самой картошки (которую его мать назвала «пресной» и «недосоленной», даже не попробовав), Мария попыталась завести разговор.
— Рома… Мы ведь планировали завтра съездить к Михаилу на дачу… Шашлыки пожарить… Природа…
— Ага… Точно… — пробормотал он между ложками пюре. — Но мама сказала про уборку… Давай лучше через выходные?
— Через выходные твоя мама просила нас приехать к ней помогать разбирать антресоли… — напомнила ему Мария.
А через выходные их ждал день рождения подруги свекрови…