«Ты уже стал взрослым, и должен знать правду. Василия не существует» — холодно заявила бабушка, разрушая мечты внука

Вернувшаяся реальность поглотила детство, оставив лишь холод.

– Тебе нравится конструктор? – поинтересовалась София, стараясь хоть немного оживить обстановку.

– Нормально, – ответил сын без особого энтузиазма.

Они молча доедали салат и смотрели телевизор. Всё выглядело как положено — уютно, празднично, но в воздухе витала пустота. Назар вскоре ушёл в свою комнату, сославшись на усталость.

Когда дом погрузился в тишину, Роман решился начать разговор. Они сидели рядом на диване, перед ними догорали свечи.

– Она ведь не со зла это сделала, – начал он осторожно. – Мама просто уверена, что поступила правильно.

София повернулась к нему. В её взгляде застыла холодная обида.

– Она осознанно разрушила веру нашего ребёнка, – произнесла она медленно и отчётливо. – А ты даже не попытался её остановить по-настоящему.

– Я старался поговорить с ней… – Роман тяжело вздохнул. – Но она же моя мать.

– А Назар твой сын! – резко сказала София и поднялась с дивана. – Но ты решил не задеть чувства мамочки. Как благородно…

Она ушла в спальню одна. Муж остался сидеть в одиночестве среди остывших праздничных блюд и мерцающих огоньков на ёлке. В доме воцарилась гнетущая тишина.

Утром София проснулась с тяжестью в голове. Роман уже был на кухне — пил кофе и молча листал новости на телефоне. Они обменялись дежурными фразами.

Назар ходил по дому тихий и задумчивый. Он возился с новым конструктором, но без прежнего интереса и увлечения. София пыталась его развеселить: предлагала игры, рассказывала истории — всё напрасно. Мальчик простил родителей, но внутри него что-то угасло навсегда.

– Она не хотела причинить вреда… – говорил Роман тихо. – Просто у неё такие убеждения.

– Убеждения? – переспросила София с усмешкой. – Ради них она лишила нашего сына части детства! И ты продолжаешь её оправдывать?

Роман замолчал. Он понимал: жена права во всём — но признать это до конца означало отвергнуть собственную мать.

Разрешения конфликт так и не получил — он просто стал частью их повседневности. София продолжала хранить обиду на Ирину глубоко внутри себя; Роман метался между двумя важными женщинами своей жизни; а Назар учился жить в мире без волшебства.

На следующий Новый год Ирина снова выразила желание приехать к ним в гости, но София решительно отказалась от этой идеи — и на этот раз Роман поддержал жену без колебаний.

Продолжение статьи

Бонжур Гламур