— Это всё Дмитрий настоял, — с гордостью заявила Владислава, указывая на изобилие деликатесов. — Говорит: «Мама, не отказывай себе ни в чем, юбилей ведь один раз в жизни! Я за всё заплачу!». Золотой у меня сынок, настоящий кормилец!
Кристина, дама с высокой прической и цепким взглядом, недовольно поджала губы:
— Размах прямо купеческий. А мой зять нам на годовщину путёвки на Мальдивы подарил. Целых две недели отдыха.
— Ой, ну что вы! Мальдивы — тоска смертная: песок да вода! — отмахнулась Владислава, хотя в её взгляде промелькнула завистливая искра. — А мы предпочитаем наслаждаться жизнью здесь и сейчас! Молодой человек! — она щелкнула пальцами официанту с властной интонацией. — Принесите нам ещё чёрной икры. И шампанское обновите — только французское, настоящее!
Марьяна сидела молча, не притрагиваясь к блюдам. Еда не лезла в горло. Внутри неё натянулась струна напряжения, готовая лопнуть от малейшего движения. Она наблюдала за тем, как Дмитрий с раскрасневшимся лицом наливал гостям напитки, громко смеялся и раздавал обещания направо и налево, изображая уверенного хозяина положения.
— Мы вот думаем дом за городом строить, — хвастался он Кристине с вилкой балыка в руке. — Квартира уже тесновата для наших амбиций. Хочется простора и свой сад!
Марьяна прекрасно понимала: единственное «просторное» место у них сейчас — это зияющая дыра в семейном бюджете, которую ей приходилось латать ежемесячно.
Момент расплаты был неизбежен. Официант бесшумно подошёл и положил пухлую кожаную папку со счётом рядом с Дмитрием на край стола. Он этого даже не заметил — был увлечён очередным тостом. Но Владислава заметила.
— Дмитрий… — пропела она сладким голосом, прерывая его речь. — Счёт уже принесли. Разберись поскорее, сынок. Людей томить нечего – торт ещё выносить будем.
Дмитрий замер на полуслове. Рука с бокалом застыла в воздухе. Он бросил взгляд на папку со счётом и тут же перевёл глаза на Марьяну.
В его взгляде читалась паника загнанного зверя: он знал – карта пуста; остатки зарплаты ушли неделю назад на «представительские расходы» в баре с друзьями.
— Марьяна… — наклонился он к ней ближе и прошептал ей прямо в ухо; от него пахло коньяком: — Дай карту… Быстро…
— Нет… — ответила она тихо и твёрдо настолько, что он невольно отпрянул.
— Что значит “нет”? – попытался он улыбнуться для вида перед гостями, но вышло лишь жалкое подобие усмешки. – Не шути так… Там сумма… большая…
— Я знаю точно сколько там набежало… Ты заказывал – тебе и платить.
— Ты что творишь?! – прошипел он ей прямо в висок сквозь зубы. – У меня ничего нет при себе! Мы же семья! Это мамин вечер! Она ждёт!
— Вот именно… Твоя мама… Ты же у неё «золотой сын», добытчик… Только что всем рассказывал про будущий дом да успехи… Так вот теперь покажи делами то же самое…
— Марьяна… не позорь меня… – голос его стал жалобным и дрожащим от страха перед унижением: – Все смотрят… Кристина смотрит… Они потом по всему городу расскажут… Я тебе дома всё верну… честно…
— Не вернёшь… Ты никогда ничего не возвращаешь…
Их шёпот затянулся надолго; за столом воцарилась гнетущая тишина. Звон столовых приборов стих окончательно: все присутствующие наблюдали за происходящим.
— Дмитрий? Проблемы какие-то? – голос Владиславы стал ледяным; её улыбка исчезла без следа, уступив место хищному выражению недовольства.
— Нет-нет… мам… всё отлично просто… просто у Марьяны карта вроде как размагнитилась или банк заблокировал её по технической ошибке… – пробормотал Дмитрий дрожащим голосом и вытер пот со лба салфеткой.