Максим раздражённо махнул рукой и скрылся в соседней комнате. После этого они молчали почти двое суток.
Зато у Оленька и Дмитрий жизнь постепенно входила в привычное русло. Помощь Маргарита оказалась очень своевременной. Дмитрий приобрёл необходимые препараты, прошёл реабилитацию и понемногу вернулся к работе: сперва трудился из дома, а затем начал изредка появляться в офисе. Оленька тоже восстановилась на своей должности.
Дмитрий часто набирал номер Маргарита.
— Маргарита, как вы? Мама, наверное, на вас сердится? Говорят, она всем подряд звонит… Вы ведь из-за нас с Оленька под удар попали. Нам ужасно неловко.
— Не забивай себе голову, Дмитрий, — отвечала Маргарита, хотя на душе у неё было тревожно. — Перебушует Наталья и успокоится. А вы живите спокойно. Я своего решения менять не собираюсь. Молодцы, что держитесь вместе.
Иногда трубку брала Оленька:
— Маргарита, спасибо вам огромное. Вы даже не представляете, как нас выручили. Без вас мы бы не справились.
— Ну хватит, — смущённо отмахивалась Маргарита. — Главное — берегите друг друга.
Прошло несколько недель. Шум вокруг этой истории постепенно стих. Наталья перестала донимать Маргарита звонками. Максим тоже немного смягчился, хотя порой ещё ворчал.
И вдруг произошло то, чего никто не ожидал.
В воскресный вечер в дверь Маргарита позвонили. Открыв, она застыла от неожиданности: на пороге стояла Наталья с распухшими от слёз глазами. Вид у неё был измученный и потерянный.
— Маргарита, — голос дрожал. — Можно к тебе?
Маргарита молча отступила в сторону. Наталья вошла, остановилась в прихожей, комкая в пальцах платок.
— Прости меня за тот раз… — с трудом начала она. — Наговорила лишнего… Дура я, Маргарита. Старая дура.
— Проходи на кухню, — спокойно предложила Маргарита. — Чаю налить?
— Какой уж тут чай… — Наталья всхлипнула. — Ты не знаешь, что у нас с Тарас произошло. Когда я узнала, что ты помогла Дмитрий, меня будто переклинило. Решила, что ты меня предала. А Тарас только подливал масла в огонь: «Не уступай, не прощай». Он меня всё больше накручивал. А вчера…
Она осеклась, прикусила губу. Маргарита всё же поставила перед ней чашку и вазочку с печеньем. Наталья сидела, сгорбившись, глядя в одну точку.
— Вчера Тарас сказал, — продолжила она глухо, — что во всём виновата я сама. Мол, если бы я была нормальной матерью, сын бы от меня не отвернулся. И вообще, ему надоело тащить на себе мои проблемы. Дмитрий, дескать, ему не родной. А если я продолжу ныть, он просто уйдёт.
Маргарита слушала, не перебивая. Вот так поворот. Тарас, который столько лет считался надёжной опорой и учил Наталья настраивать сына против «неугодной» женщины, вдруг решил, что игра не стоит усилий.
— И что ты ответила? — тихо спросила она.
— А что я могла? — Наталья подняла заплаканные глаза. — Я всю жизнь посвятила этому браку. Думала, мы единое целое. А выходит, он всегда считал Дмитрий чужим. Я ему: «Мы столько лет вместе», а он: «Вместе — не значит рядом. Ты всегда выбирала сына, а я был на втором плане. Пусть теперь он тебя и утешает».
— Ты хочешь поехать к Дмитрий? — осторожно уточнила Маргарита.
— С какими словами? — всхлипнула Наталья. — Я его предала. В больницу не пришла, проклинала, на тебя набросилась за помощь. Как мне теперь смотреть ему в глаза?
— Наталья, — Маргарита вздохнула и накрыла её ладонь своей, — он твой сын. Он любит тебя. Да, ты ошиблась, но ты его мать. Он поймёт — возможно, не сразу. Поезжай к нему. Поговори. Познакомься с Оленька по‑настоящему, не как с соперницей, а как с женщиной, которую выбрал твой сын. Посмотри на её детей — они замечательные.
Наталья молчала, слёзы катились по щекам.
— Знаешь, Маргарита, — прошептала она, — я ведь всегда тебе завидовала. Ты цельная, уверенная. Понимаешь, что правильно. А я всё время оглядывалась: что скажет Тарас, что подумают соседи, родня… В итоге и сына потеряла. И мужа, похоже, тоже.
— Мужа ты ещё не потеряла, — мягко возразила Маргарита. — Тарас вспыльчив, сначала рубит с плеча, потом остывает. Но тебе решать, с кем идти дальше: с тем, кто при первой серьёзной трудности готов отвернуться, или с сыном, которому ты нужна, даже после ссор.
Наталья вытерла лицо, долго смотрела на сестру.
— А если он меня не примет? Если Оленька будет против?
— Ты хоть попыталась? — покачала головой Маргарита. — Ты её совсем не знаешь. Придумала образ и воюешь с ним. А она месяц провела в больнице рядом с Дмитрий, пока ты сидела дома и копила обиды.
Наталья вздрогнула, словно её ударили. Немного постояв молча, она поднялась и поправила пальто.
— Ладно, — тихо произнесла она. — Пойду. Спасибо тебе, Маргарита. За всё. И прости меня.
Она уже взялась за ручку двери, когда Маргарита окликнула её:
— Наталья! Дай им шанс. И себе тоже. Позвони Дмитрий прямо сейчас.
Наталья кивнула и вышла в тёмный вечер. Спустя час Маргарита получила сообщение от Дмитрий: «Маргарита, мама звонила. Мы помирились. Она хочет познакомиться с Оленька и детьми. Спасибо вам. Вы наша совесть».
Маргарита улыбнулась, убрала телефон и отправилась на кухню готовить ужин Максиму, который всё это время делал вид, будто увлечён телевизором, хотя на самом деле внимательно прислушивался к разговору сестёр.