«Ты ведь меня никогда не выгонишь?» — спросил Тарас, сжимаемая тревогой рука матери не позволяла ему уйти в тень заботы Марии

Должен ли дом принадлежать тем, кто его любит?

Утром Оксана проснулась от шума воды в ванной. Там пела Мария — фальшиво, но с явным удовольствием. Тарас сидел на кухне с мрачным видом, лениво ковыряя кашу ложкой.

— Как ты, сынок? — Оксана провела рукой по его волосам.

— Нормально, — пробурчал он. — Мам, а можно… ну, не идти сегодня в магазин? Мне надо в библиотеку заглянуть.

— Конечно можно, — она присела рядом. — Тарас, у тебя всё хорошо?

Он поднял на неё глаза — уставшие и растерянные. В них промелькнуло что-то такое, от чего сердце матери болезненно сжалось.

— Мам… ты ведь меня никогда не выгонишь?

Оксана растерялась.

— Что за глупости? Конечно нет. Это же твой дом.

— Точно? — он крепко сжал её руку. — Даже если я женюсь?

Из ванной донёсся смех Марии. Всё стало ясно без слов.

— Сынок… — она накрыла его ладонь своей рукой. — Это наш дом. И так будет всегда.

Тарас кивнул, но руку не отпустил. В прихожей застучали каблуки: Мария собиралась уходить.

— Тарасик! Поцелуй меня! — раздалось из коридора.

Он поморщился, но всё же поднялся и пошёл проводить её. Оксана слышала их объятия и как девушка что-то быстро шепчет ему на ухо.

— До свидания, Оксана! — пропела Мария из дверного проёма кухни. — Спасибо за тёплый приём!

Та же натянутая улыбка и слова благодарности сквозь зубы.

Дверь захлопнулась. Тарас вернулся на кухню и снова занял своё место за столом, взяв ложку в руки.

— Мам… — начал он тихо, не поднимая взгляда, — Мария хочет свадьбу.

Оксана застыла с чашкой в руке.

— А ты этого хочешь?

Повисла долгая пауза. Он мял хлеб между пальцами молча.

— Не знаю… Она говорит, что так правильно. Что мы уже взрослые люди…

Оксана пересела напротив него и посмотрела прямо в глаза:

— Скажи честно: ты её любишь?

Он поднял взгляд: в нём читалась детская растерянность.

— Я… наверное да… Она красивая, умная… Все парни обращают на неё внимание…

— Но это ведь не то же самое…

Тарас положил ложку и закрыл лицо руками:

— Мам… она хочет остаться здесь жить… вместе со мной… А тебе… тебе переехать на дачу…

Оксане стало холодно внутри.

— Она это вслух сказала?

— Объяснила по-своему… Мол, так принято: молодой семье нужно личное пространство… А тебе там будет лучше – воздух свежий, огород свой…

Продолжение статьи

Бонжур Гламур