Он всё чаще возвращался мыслями к тем последним месяцам перед её уходом — вспоминал, как она просила немного подождать с лечением, как он резко и холодно реагировал, как с отвращением морщился, глядя на её опухшее лицо.
Тогда ему казалось, что он — «мужчина, достойный лучшего».
Теперь же он ясно осознавал:
он был просто неблагодарным дураком.
Но особенно больно было вспоминать слова матери Алины. Она знала всё. И после их расставания сказала ему:
— Запомни, сынок. То, как ты с ней поступил, обязательно вернётся к тебе. И ты вспомнишь мои слова.
Он тогда лишь усмехнулся.
А теперь — верил каждому её слову без остатка.
Но самое тяжёлое заключалось в другом.
Коллеги рассказали ему: Алина теперь сама берёт на себя проекты, от которых он всегда старался уклониться. Что она заметно постройнела. Что в ней появилась какая-то новая сила и решимость. Что она стала ещё надёжнее и увереннее прежнего.
— И ещё, — добавил один из сотрудников, — её часто видят вместе с Богданом… Ну ты знаешь, тот партнёр высокий такой, седовласый. Всё перенял от своего отца. Говорят, он очень ей помогает сейчас.
Тарас ощутил неприятное покалывание под рёбрами — словно что-то внутри сжалось.
— У них… отношения?
— Люди шепчутся об этом. Но никто точно не знает.
Он долго стоял молча, переваривая услышанное.
Она? Уже с кем-то другим? Так скоро?
Но глубоко внутри он понимал:
она не обязана его ждать. И не должна была этого делать.
Однажды он проходил мимо одного делового центра и заметил у входа чёрную машину. Дверца открылась — из салона вышла Алина.
Он узнал её только по походке.
Она изменилась до неузнаваемости.
Платье подчёркивало стройность фигуры; волосы были собраны в аккуратный высокий хвост; взгляд стал уверенным и спокойным — сильным взглядом человека, нашедшего себя.
Следом вышел мужчина — тот самый Богдан. Он придержал для неё дверь машины и что-то сказал вполголоса; Алина ответила лёгкой улыбкой — сдержанной, но искренней.
Тарас сделал шаг вперёд — сердце забилось чаще и громче обычного.
— Алина! — окликнул он её вслух.
Она обернулась на голос.
Её взгляд скользнул по нему так же равнодушно, как если бы она случайно увидела незнакомого человека в вагоне метро.
— Привет, Тарас, — произнесла она спокойно и ровно.