В разгар вечера Максим поднялся с бокалом в руке. Он говорил обстоятельно и вдохновенно — о том, какая я, как изменилась за эти годы, сколького сумела добиться. Вспомнил маму, добавив, что она наверняка гордилась бы мной. Я слушала, стараясь держать улыбку, а в глазах предательски блестели слёзы.
Затем Злата предложила Александру произнести тост. Всё-таки муж.
Александр поднялся, аккуратно поставил бокал на стол и обвёл взглядом гостей.
— День рождения — это, конечно, прекрасно, — произнёс он. — Тридцать три года. Уже не девочка.
Кто-то тихо усмехнулся, решив, что это безобидная шутка.
— Скажу прямо, — продолжил Александр. — Анастасия была одна, когда мы встретились. Это ни для кого не секрет. В личной жизни у неё тогда всё складывалось не лучшим образом. Мне советовали не спешить, присмотреться получше. Но я решил иначе. Женился.
За столом воцарилась неловкая тишина. Злата больше не улыбалась. Леся медленно поставила бокал на скатерть.
— Так что, Анастасия, тебе стоит быть благодарной за то, что я выбрал тебя. Это нужно ценить. За это и выпью.
Он опустился на стул.
Повисла пауза. Сначала короткая, потом тягучая. Кто-то кашлянул. Максим не сводил с меня глаз. Злата тоже смотрела внимательно. Леся изучала узор на скатерти.
Меня не трясло, слёз не было. Просто внутри стало холодно и пусто.
В памяти всплыли кофе «не того» сорта, бесконечные согласования встреч с подругами, ремонт, моё повышение, на которое он не отреагировал. Тогда казалось — мелочи. Но это были не мелочи. Это повторялось снова и снова, лишь меняя форму.
Я поднялась со своим бокалом.
— Спасибо, Александр. Очень откровенно. — Я перевела взгляд на гостей. — И я скажу пару слов. День рождения — отличный повод принимать важные решения. Максим, Злата, Леся, друзья — как же я рада, что вы рядом. Этот вечер для меня самый лучший. Честно.
Я улыбнулась.
До конца праздника Александр больше ничего не произнёс. Он сидел в стороне, уткнувшись в телефон, избегая смотреть в мою сторону. Максим несколько раз бросал на него тяжёлые взгляды — без слов, но всё было понятно.
Александр уехал раньше остальных. Сослался на усталость, сухо попрощался и вышел.
Торт мы резали уже без него. Леся крепко обняла меня. Подали чай. Мы просидели ещё около полутора часов — смеялись, вспоминали прошлое. Об Александре в тот вечер больше не говорили.
Домой я вернулась ближе к полуночи. Александр спал. Я прошла на кухню, включила чайник и, устроившись у окна, медленно пила чай.
Я подсчитывала. Семь месяцев брака. Кофе — только по его вкусу. Подруги — с разрешения. Повышение — без единого слова поддержки. Дни молчания. Решения, принятые без меня. И сегодняшний тост.
Ты должна быть благодарна.
Хорошо. Буду. Но по-своему.
Утром я поднялась в восемь. Александр ещё спал. Я сварила кофе — тот, который люблю именно я. Достала папку с документами, нашла свидетельство о браке и положила его на стол.
Около десяти он вышел из спальни. Увидел бумаги. Перевёл взгляд на меня.
— Что это?
— Наши документы. Завтра я подаю на развод.
Он долго молчал, затем сел и провёл ладонью по лицу.
— Из-за вчерашнего?
— Из-за всего.
— Анастасия, я просто сказал глупость. Ты же понимаешь.
— Александр, это была не глупость. Это были твои мысли. А это не одно и то же.
— Да какая разница?
— Большая. Когда человек ляпает глупость, он потом сам не понимает, зачем это сделал. А ты понимаешь. Потому что действительно считаешь, что я должна быть благодарна.