Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезнет из статей, видео и новостей
— Что это такое? — Оксана уставилась на мои новые сапоги так, словно в прихожей появилось нечто из ряда вон выходящее. — Ты это купила?
Я в тот момент протирала зеркало в коридоре. Честно говоря, занятие было почти бесполезным: не проходило и часа после уборки, как на стекле снова оседала мелкая пыль. От ее возгласа я вздрогнула и обернулась.
Оксана даже не сняла туфли — стояла посреди моего аккуратного коридора в уличной обуви и размахивала чеком, который я по рассеянности не выбросила.
— Это сапоги, — произнесла я, не прекращая водить тряпкой по стеклу. — Зимние, на меху. Да, я их купила.
— Я и так вижу, что сапоги! — Оксана потрясла чеком так, будто это была судебная повестка. — Я спрашиваю, почему такая цена?! Ты в своем уме, Марьяна? Разве можно столько платить за обувь? Тебе что, нечего носить? У тебя же были зимние ботинки. Почти новые! Сколько ты их надевала? Два года?
Наверное, разумнее всего было бы промолчать. Кивнуть, согласиться, что покупка вышла недешевой, и уйти на кухню. За три года брака я стала настоящим мастером по сглаживанию конфликтов. Кухня давно превратилась в мое убежище.
Но в тот день во мне будто что‑то щелкнуло. Терпеть и отмалчиваться больше не хотелось. Сколько можно позволять вмешиваться в мою жизнь? Я не подросток, которого можно одергивать и поучать.
Я взрослая женщина, самостоятельная, хорошо зарабатывающая. В том числе и на свои маленькие радости.
— Они стоят двенадцать тысяч, — ответила я ровным тоном. — И при чем тут ботинки? Это сапоги. Это другая обувь. Их носят с разной одеждой.
Оксана ахнула и оперлась о дверной косяк, словно у нее внезапно закружилась голова.
— А я одни сапоги пятнадцать лет носила — и в пир, и в мир. Набойки только Богдан гвоздями прибивал, когда подошва совсем стиралась.