— Тарас, я больше так не могу, — едва слышно произнесла Оксана. — Я не в силах жить в доме, где для меня нет места. Не хочу больше выслушивать унижения от твоей Валерии. И устала верить обещаниям, за которыми ничего не следует.
— Оксана, подожди, давай увидимся и спокойно всё обсудим…
— Не нужно, — она покачала головой, хотя Тарас этого не видел. — Мне нужно время. Хочу всё обдумать. Побыть одной.
— Ты где? Я приеду и заберу тебя.
— Нет, Тарас.
— Оксана, прошу, не поступай так. Я люблю тебя. Я не готов тебя потерять.
Голос Тараса предательски дрогнул, и у Оксаны болезненно сжалось сердце. Щемяще. Тоскливо. Тяжело.
— Я тоже тебя люблю, — тихо ответила она. — Но твоя Валерия разрушила то, что было между нами. И ты позволил этому случиться.
— Я всё исправлю! Я серьёзно поговорю с ней! Заберу ключи, не позволю приходить без предупреждения!
— Ты уже говорил это, — устало заметила Оксана. — И не раз. Но ничего не изменилось.
— Изменится! Оксана, дай мне шанс!
— Мне пора, — она заметила подъезжающий автобус. — Не звони мне. Пожалуйста.
— Оксана…
Она нажала на кнопку завершения вызова. Поднялась, взяла чемодан и вошла в автобус. Устроилась у окна, поставив багаж на соседнее сиденье. Автобус плавно тронулся.
Оксана смотрела на улицу. Мимо тянулись знакомые дома, магазины, остановки — всё, что сопровождало её последние два года. Теперь она уезжала. Куда именно — толком не знала. Скорее всего, к Кристине. Сейчас позвонит, попросится пожить несколько дней. Кристина не откажет.
Телефон снова завибрировал — Тарас. Оксана сбросила вызов, отключила звук и убрала мобильный в сумку.
На своей остановке она вышла и направилась по знакомой улице к дому Кристины. Поднялась на третий этаж, нажала на звонок.
Кристина открыла дверь — растрёпанная, в халате. Увидев подругу с чемоданом, всё поняла без слов.
— Проходи, — сказала она, отступая.
Оксана переступила порог. Дверь закрылась, и Кристина крепко её обняла. Оксана уткнулась ей в плечо и наконец расплакалась — горько, навзрыд, как не позволяла себе уже много месяцев.
Через неделю Оксана сняла небольшую однокомнатную квартиру на окраине города — студию в восемнадцать квадратных метров с крошечной кухней и совмещённым санузлом. Зато свою. Туда никто не войдёт без предупреждения. Никто не станет устраивать проверки и читать нотации.
Она купила всё необходимое — бельё, посуду, продукты. Разложила вещи по местам. Жизнь шла дальше, постепенно входя в новое русло.
Тарас звонил ежедневно в первую неделю. Потом — через день. Затем раз в несколько дней. Оксана не брала трубку. Лишь однажды отправила короткое сообщение: «Мне нужно время. Прости».
Он писал длинные письма. Сообщал, что поговорил с Валерией. Что забрал ключи. Что запретил появляться без приглашения. Признавался, что скучает, любит и хочет всё наладить.
Оксана читала и молчала. Не знала, как поступить. Верить ли? Возвращаться ли? Или идти дальше, в одиночку, начиная всё сначала?
Прошёл месяц. Она привыкла к своей маленькой квартире. К тому, что, возвращаясь домой, не нужно ожидать упрёков. К тому, что можно готовить по настроению — или вовсе не готовить. Мыть посуду утром, а не вечером, и не слышать замечаний.
Однажды вечером раздался звонок в дверь. Оксана посмотрела в глазок — Тарас. Он стоял на площадке с букетом цветов.
Она открыла, но осталась на пороге, не приглашая внутрь.
— Привет, — тихо произнёс Тарас.
— Привет.
— Можно зайти?
Оксана на мгновение задумалась, затем молча отступила. Тарас вошёл, огляделся. Небольшая квартира, простая мебель, минимум вещей.
— Ты здесь живёшь? — спросил он.
— Да.
— Одна?
— Одна.
Он протянул букет. Оксана взяла цветы и поставила их в раковину — вазы не было.
— Оксана, я скучаю, — сказал Тарас. — Очень. Вернись, пожалуйста.
Она внимательно посмотрела на него. Он осунулся, под глазами залегли тени.
— Тарас, я не знаю, — честно ответила она.
— Я сделал всё, о чём ты просила, — продолжал он. — Забрал у Валерии ключи. Сказал, что она приходит только по приглашению. Объяснил, что ты моя жена, и я на твоей стороне.
— И как она это приняла?
Тарас помедлил.
— Плохо, — признался он. — Был скандал. Неделю не разговаривала со мной. Потом позвонила и извинилась. Сказала, что осознала ошибку.
— Осознала, — повторила Оксана с сомнением.
— Оксана, дай нам шанс, — попросил он. — Я изменился. Я понял, что едва тебя не потерял. И не хочу повторять прежних ошибок.
Она подошла к окну и посмотрела вниз.
— Тарас, дело не только в Валерии, — медленно сказала Оксана. — Я чувствовала себя чужой в собственном доме. Ты меня не защищал. Почти всегда был на её стороне.
— Я ошибался, — признал он. — Думал, вы сами разберётесь. Считал, что это ваши дела и мне лучше не вмешиваться. Теперь понимаю — должен был поддержать тебя с самого начала. Прости.
Оксана повернулась к нему.
— А если всё начнётся снова? Что тогда?
— Я сразу это остановлю, — твёрдо ответил Тарас. — Не позволю тебя обижать. Обещаю.
Она смотрела на него. Так хотелось поверить. Очень. Но возвращаться было страшно — вдруг всё повторится?
— Мне нужно ещё подумать, — наконец произнесла Оксана.
— Сколько?
— Не знаю. Может, неделя. Может, месяц.
Тарас кивнул.
— Хорошо. Я подожду. Столько, сколько потребуется.
Он подошёл и осторожно обнял её. Оксана не отстранилась, прислонилась лбом к его груди. Несколько минут они стояли молча.
Потом Тарас ушёл. Оксана закрыла дверь и, прислонившись к ней спиной, закрыла глаза. Внутри всё переплелось — надежда, страх, усталость, любовь.
Как поступить? Вернуться и попробовать ещё раз? Или остаться здесь, в своей маленькой квартире, и строить новую жизнь самостоятельно?
Ответа у неё не было. Но впервые за долгое время Оксана ясно чувствовала — решение зависит только от неё. И это ощущение было самым важным.