К обеду Оксанка вспомнила, что вечером должен приехать Данило, её младший сын, вместе со своей девушкой Марией.
Нужно было успеть купить продукты и приготовить что-нибудь вкусное. Она решила налепить пельменей — Данило с детства был к ним неравнодушен.
Переодевшись и взяв тележку-сумку, Оксанка вышла из квартиры. Первым делом зашла в аптеку на первом этаже соседнего дома — закончился корвалол, который она принимала на ночь для успокоения.
Внутри было душно и пахло табаком — похоже, кто-то курил прямо у входа или рядом с ним.
Оксанка купила два пузырька корвалола и упаковку валерьянки в таблетках — про запас.
Затем направилась на рынок за мясом.
В супермаркете фарш выглядел подозрительно, а на рынке мясник всегда предлагал свежую свинину с говядиной и при тебе прокручивал её через мясорубку.
Осенний воздух был прохладным и влажным, пахло сыростью земли и опавшей листвой.
Деревья вдоль дороги почти полностью облетели, лишь местами ещё держались последние жёлтые листья.
На рынке царило оживление. Оксанка приобрела килограмм фарша, пучок свежего укропа и репчатый лук.
Также взяла сметану и сливочное масло у Евдокии — старушки, которая продавала молочные продукты со своего хозяйства.
Когда она возвращалась домой с тяжёлой тележкой, вдруг заметила у детской площадки две знакомые фигуры.
Дмитрий что-то возбуждённо объяснял Ирине — соседке со второго этажа. Молодая женщина лет тридцати пяти: блондинка с ярко накрашенными губами в узких джинсах.
Оксанка застыла. Дмитрий стоял боком к ней, активно размахивая руками. Ирина слушала его вполголоса смеясь и прикрывая рот ладонью.
Сейчас ей совсем не хотелось сталкиваться с бывшим мужем.
Она быстро свернула к подъезду соседнего дома и юркнула в приоткрытую дверь подвала, где жильцы хранили всякую утварь.
***
Оксанка осторожно спустилась по бетонным ступенькам. Где-то в углу капала вода. Она прислонилась к холодной стене и попыталась перевести дыхание.
Через минуту сверху послышались шаги по асфальту — вентиляционное окошко подвала выходило как раз на площадку перед домом.
Женщина инстинктивно прикрыла рот рукой.
Голос Дмитрия стал отчётливо различим:
— Ирочка, у Богдана на складе есть кладовочка. Он обещал мне ключи дать…
— И зачем тебе это? — рассмеялась Ирина в ответ.
— Слушай… Я сегодня зайду к старухе насчёт дачи. Если снова начнёт упираться — отведу её туда. Пусть пару деньков посидит там одна… авось поймёт наконец! А ты мне поможешь? Скажешь всем, будто я в больнице лежу… если вдруг кто интересоваться начнёт?
— Ты что несёшь?! — голос Ирины стал серьёзным. — Это же…
— Всё будет нормально! А потом махнём в Турцию отдохнуть как следует… как я обещал!
— Дима… Я не уверена… Это уже слишком…
— Не думай лишнего! Просто скажи: ты со мной или нет?
Ирина замолчала на несколько секунд:
— Ладно… Но если что случится — я тебя не знаю!
— Умница моя! Жди меня вечером!
По спине Оксанки пробежал ледяной пот.
Она стояла прижавшись к стене подвала и не могла пошевелиться от ужаса охватившего её тело.
***
Когда шаги стихли вдали за дверью подвала, Оксанка осторожно выбралась наружу. Поднялась по лестнице на четвёртый этаж почти волоча ноги от усталости и страха одновременно.
Руки так дрожали, что она едва смогла попасть ключом в скважину замка входной двери своей квартиры.
Закрывшись изнутри сразу на оба замка, она достала телефон из сумки. Позвонила Данилу:
— Сыночек… вы точно сегодня приедете? — спросила она стараясь говорить ровно несмотря на дрожь в голосе.
— Конечно мам… будем через пару часов! Что-то случилось?
— Нет-нет… Просто поговорить хочется…
Поставив тележку у порога прихожей, Оксанка прошла на кухню. Села за стол… закрыв лицо руками от нахлынувших мыслей и тревоги.