– Ты снова пересолила.
Владислава не подняла глаз от тарелки. Рука с вилкой застыла на полпути ко рту. Три слова, произнесённые спокойно, почти небрежно, будто случайно брошенный камешек в гладь воды. Ни упрёка, ни раздражения — просто сухая констатация.
– Да нет, Нин, всё в порядке, – попытался разрядить обстановку Тарас, муж Владиславы. Он намазал паштет на багет и протянул жене. – Владислава, будешь? Очень вкусный.
– Тарас, ну что ты? Я же не со зла, – Нина, сестра Тараса, аккуратно промокнула губы салфеткой. – Владиславе просто стоит чуть больше внимания уделять кулинарии. Поверь мне, через пару лет котлеты будут лёгкие и нежные — как у Ларисы. А пока да… тяжеловаты. Но это дело времени.
Улыбка Владиславы была натянутой до предела — как струна скрипки перед разрывом. Она сидела за столом в собственной кухне своей квартиры — той самой, которую они с Тарасом едва тянули по ипотеке. И слушала нравоучения сестры мужа — опять без приглашения пришедшей гостьи.
– Ниночка дорогая… – Владислава отложила вилку в сторону. – Ты же знаешь: твоё мнение для меня бесценно. Но вот котлеты… они как мужчины: одним по душе воздушные и мягкие, а другим — чтобы мясо чувствовалось основательно. Правда ведь?
Тарас неловко прокашлялся и уставился в свою тарелку. Нина прищурилась:
– Странное сравнение у тебя получилось, Владислава… Хотя ты всегда умела удивить! Кстати о вкусе: твои шторы до сих пор вызывают у меня мурашки по коже. Я же говорила тебе — этот цвет визуально съедает пространство! Надо было взять лёгкий тюль: бежевый или молочный оттенок освежил бы комнату.
– Нам вполне комфортно дышится и так, Нин.
– Это тебе только кажется… У тебя взгляд замылен. Вот у Ларисы вкус безупречный! С ней бы посоветовалась перед покупкой… А где Мирон? Спит уже?
– Да… наконец-то уснул.
– Он что же… всё ещё в памперсах? – глаза Нины округлились от удивления. – Владислава! Ему скоро четыре года! В этом возрасте Тарас уже сам ходил на горшок и читал стихи про Ленина!
– А ещё ему тогда молоко за вредность выдавали на заводе? – не выдержала Владислава.
– Грубость тебе совсем не к лицу… – губы Нины сжались в тонкую линию. – Я ведь из добрых побуждений говорю! Просто ты жалеешь ребёнка вместо того чтобы приучать его к самостоятельности… А потом будут проблемы: учительнице ведь некогда будет менять ваши подгузники!
Тарас наконец поднял голову от тарелки:
– Нин… пожалуйста… хватит уже… Давай просто спокойно поужинаем?
– Тарасик! Ну ты как всегда… Прячешься от проблем! Это же твой сын! Разве тебе всё равно — будет ли он отставать от других детей?
Владислава резко поднялась из-за стола:
– Знаете что? Аппетит пропал окончательно. Наслаждайтесь ужином сами.
Она ушла в спальню и плотно закрыла за собой дверь. Больше слушать было нечего — всё давно ясно: сейчас Тарас начнёт оправдываться перед сестрой; та великодушно простит ему «невоспитанную» жену; вместе они доедят ужин под обсуждение её ошибок.
Так оно и вышло — спустя полчаса Тарас тихо вошёл в спальню. Владислава лежала на кровати и смотрела в потолок.
– Владислава… ну чего ты так? – он сел рядом на край кровати. – Нинка ведь без злого умысла…
– А с каким тогда? Из добрых побуждений? Или просто самоутверждается за мой счёт?
– Ну перестань… У неё такой характер: прямолинейный… Она волнуется за нас…
– За нас?! Она переживает из-за цвета наших штор и плотности моих котлет! За то, как наш сын будет справляться со школой через три года! За всё подряд — кроме одного: моего душевного состояния!
– Но она моя сестра… единственная…
– А я твоя жена! Единственная тоже — пока что… Но каждый раз ты выбираешь её сторону: «Ниночка добрая», «Ниночка помочь хочет»… Я устала это терпеть! Я больше не хочу видеть её здесь!
Тарас растерялся:
– Как это «не видеть»?.. Ты хочешь запретить ей приходить к нам домой?
– Нет… Пусть общается с тобой где угодно: у Ларисы дома, в кафе или парке… Только не здесь! Это мой дом тоже — я хочу чувствовать себя здесь спокойно!
– Но это невозможно… Она обидится… И Лариса тоже…
– А то что я обижаюсь постоянно тебя совсем не волнует?!
– Ну ты же жена моя!.. Ты должна понимать…
– Именно потому что жена!.. А не боксерская груша для твоей родни!
Он тяжело выдохнул и начал ходить взад-вперёд по комнате:
— И что ты предлагаешь? Запретить ей появляться здесь?.. Всё равно придёт…
— Предлагаю тебе наконец повести себя как мужчина и защитить свою семью от неё!
— От родной сестры?! Да ты слышишь себя вообще?! Это звучит абсурдно…
А не абсурдно ли то, что она приходит сюда и начинает диктовать нам правила?..