— НЕ ВРИ! — взревел Олег, с силой ударив кулаком по столу. — Я коплю! На новую машину для нас!
— Для нас или для тебя, чтобы перед друзьями щеголять? — Орися знала ответ. Она видела банковские выписки.
— Так, хватит! — Галина шагнула вперёд, заслоняя сына. — Я сюда пришла порядок навести. Ты, Орися, совсем берега потеряла. Квартира хоть и записана на тебя, но вы в браке живёте. А значит — всё общее. И мать мужа имеет право находиться здесь столько, сколько пожелает. И наши гости тоже. А если не устраивает — езжай к своему отцу на дачу и лечи нервы. Ты истеричка, тебе бы успокоительного.
Олег сидел с самодовольной ухмылкой. Он ощущал за собой поддержку семьи и был уверен: Орися снова проглотит обиду, поплачет в ванной и выйдет просить прощения.
Но он не учёл одного: психологи умеют справляться с болью утраты. Но они также знают природу ярости — чистой и беспощадной злости, которая не оставляет пути назад.
Часть 4. Фурия
Внутри Ориси что-то оборвалось с глухим внутренним звуком. Страх исчез без следа. Жалость к себе испарилась. Любовь к этому самодовольному существу напротив растворилась в ледяной ясности.
Она рассмеялась — сухо и страшно; от этого смеха у Любови застрял кусок рыбы в горле.
— Общее? — переспросила она резко, прерывая смех на полуслове. — Тогда слушайте внимательно меня, дармоеды.
Подойдя к столу, она одним движением сорвала скатерть вниз: посуда, бутылки, салаты и копчёная рыба с грохотом рухнули на пол под звон стекла и влажный чавкающий звук.
— Ты что творишь?! — взвизгнула Оксана, отскакивая назад и прижимая руки к халату.
— МОЛЧАТЬ! — рявкнула Орися так громко, что у соседей могли задрожать люстры под потолком. Это был не визг истерички; это был рёв загнанного зверя перед броском на врага. — Я терпела ваше хамство! Терпела твою лень, Олег! Терпела твою жадность, Галина! Терпела твою наглость, Оксана! Но всё закончилось! Цирк уехал… а вы остались тут как шуты гороховые! И сейчас вы все убираетесь ВОН!
— Да как ты смеешь… — начала было свекровь.
— ЗАТКНИСЬ! — перебила её Орися резко и подошла вплотную вплотную к ней лицом к лицу. Её глаза пылали безумным огнём решимости. — Ты здесь никто! Просто посторонняя женщина! Не хозяйка ты тут – а гостья незваная да ещё засидевшаяся! Убирайтесь из моей квартиры немедленно!
Олег вскочил со стула в попытке взять ситуацию под контроль:
— Так-так… жена… остынь… ты уже перегибаешь…
— Перегибаю?! — переспросила она зло и схватила тяжёлую хрустальную вазу с тумбочки – подарок от коллег – со всей силы метнув её в пол прямо перед мужем: стекло разлетелось осколками у его ног фонтаном брызг.
Олег отпрянул назад побледневший: он не ожидал такого бешенства от неё.
— А теперь все поднялись и вышли из моей квартиры! Немедленно! Заберите свою тётку тоже!
— Толик… сделай хоть что-нибудь… Она же сумасшедшая!.. – визжала Оксана дрожащим голосом и пятясь к выходу.
— Если через две минуты вас здесь не будет… – голос Ориси стал тише и холоднее льда – я вызываю полицию… И пишу заявление о незаконном вторжении… И краже… Да-да… Оксана… Я заметила пропажу золотых серёжек… Думаешь я не поняла?
Оксана побледнела ещё сильнее и прижала сумку крепче к себе.
— Ты не посмеешь… мы же супруги… – пробормотал растерянный Олег.
— Завтра подаю документы на развод… Ключи оставляй здесь… Живо!
Он посмотрел ей прямо в глаза – там больше не было ни любви ни боли – только холодное презрение словно она смотрела на насекомое под подошвой ботинка…
Его уверенность рассыпалась как песок сквозь пальцы…
Мачо исчез…
— Ну иди ты тогда!.. – буркнул он зло сквозь зубы и бросил связку ключей на пол возле двери.— Пошли отсюда мама… Сама загнётся тут одна… Кто ей нужен вообще? Психованная училка…
Галина старалась сохранить остатки достоинства:
— Собирайтесь девочки!.. Ноги нашей больше здесь не будет!.. Проклятое место…
Они вывалились за дверь – взъерошенные, испуганные до дрожи в коленях…
Следом вылетел чемодан Оксаны да куртка мужа…
Орися закрыла дверь за ними:
— Дверь…
И захлопнула её прямо перед их носами…
Щёлкнул замок один…
Потом второй…
И задвижка…
По телу Ориси разливался адреналин вперемешку с головокружительным чувством освобождения…
В квартире стоял запах рыбы да пролитого алкоголя…
Но для неё это был аромат победы…
Часть 5. Соломенная жизнь
На улице уже стемнело окончательно…
Фонарь мигал над подъездом освещая жалкую кучку людей возле дверей дома…
Галина поправила растрепанную причёску:
— Ну что ж сынок… Поехали ко мне… Переночуешь пока что… Утро вечера мудренее ведь… Эта психопатка перебесится да позвонит сама потом…