Рекламу можно отключить
С подпиской Дзен Про она исчезает из статей, видео и новостной ленты
Оксана стояла на кухне, медленно помешивая чай, и вглядывалась в собственное отражение в темном стекле окна.
Тридцать два года, успешная карьера архитектора, своя уютная квартира в центре Киева — казалось, ее жизнь наконец приобрела четкие и надежные очертания.
Но это ощущение рассыпалось после сегодняшнего звонка. Дверной звонок раздался резко и требовательно.
Оксана вздрогнула, едва не пролив кипяток, и, мысленно упрекнув себя за неловкость, направилась к двери.
— Оксана, родная!
На пороге стояла Марьяна, ее Марьяна. Но совсем не та, какой она запомнилась с детства — строгая, собранная, с безупречной укладкой и в сдержанном пальто.
Перед ней была женщина в ярко-розовом пальто с леопардовым узором, с сумкой Louis Vuitton и тремя чемоданами, выстроившимися на лестничной площадке.
— Марьяна? Что произошло? Ты же говорила, что заедешь просто на чай.
— Произошло все, Оксана. Абсолютно все! — Марьяна, не дожидаясь приглашения, шагнула в прихожую, оставляя за собой густой сладкий аромат дорогих духов. — Помоги занести чемоданы, потом объясню.
Спустя час они расположились в гостиной. Марьяна ходила по комнате, разглядывая эскизы, аккуратно развешанные на стенах.
— Сплошной минимализм, — заметила она. — Ничего лишнего. Как-то слишком спокойно, Оксана.
— Мне так комфортно, — сдержанно ответила девушка. — Марьяна, что случилось? Зачем тебе столько вещей?
Марьяна тяжело вздохнула и опустилась в кресло, словно собираясь с духом перед длинной исповедью.
— Я сдала квартиру. Надолго. А сама… подумала, что какое-то время могу пожить с тобой. Пока не улажу кое-какие… денежные вопросы.
По спине Оксаны пробежал холодок.
— В каком смысле — сдала? Свою трешку в Кагарлыке? Для чего?
— Подвернулся очень выгодный вариант, — Марьяна отвела взгляд. — Молодая пара, иностранцы. Платить будут в евро. А у меня… накопились долги. Кредиты.
— Какие еще кредиты? У тебя ведь достойная пенсия и доход от аренды бабушкиной мастерской!
Марьяна вдруг словно постарела на несколько лет. Яркость, которой она так старательно прикрывалась, потускнела.
— Я тратила больше, чем могла себе позволить, — тихо произнесла она. — После ухода твоего отца мне казалось… казалось, что я обязана доказать всем, что не сломалась и могу позволить себе любую прихоть.
Она замолчала, судорожно втягивая воздух, будто не хватало дыхания. И, собираясь с мыслями, Марьяна готовилась признаться, с чего все началось.